– Не то чтобы меня сильно беспокоило, что скажут мама и папа. – Дарси не солгала, но ситуация и впрямь оказалась сложной, и она погрузилась в размышления. – Но я до сих пор не привыкла поступать вопреки их ожиданиям, а сейчас именно этим и занимаюсь, – наконец, произнесла она. – Они решат, что я пытаюсь взбунтоваться или веду себя как подросток, который вырвался на волю. Это не тот случай, у нас с Имоджен – настоящее чувство.
– Какая уверенность! – заметила тетя Лалана.
Дарси промолчала. Иногда она сомневалась во всем: настоящая ли она писательница? Найдет ли она когда-нибудь подходящий финал для своей книги? Как Имоджен может выносить кого-то настолько надоедливого, незрелого и неспособного контролировать расходы?
– Но… я знаю, кого люблю.
У тети Лаланы вырвался грустный вздох.
– Любовь – громкое слово, Дарси, и она всегда отвлекает. А я-то считала, что ты собираешься сосредоточиться на работе.
– Мы пишем вместе. Имоджен делает это лучше меня.
Похоже, Лалана услышала уверенность в ее голосе, потому что согласно кивнула.
– Ты не собираешься выкладывать все моим родителям?
– Дарси, ты должна сделать это сама. – Лалана наклонилась и взяла племянницу за руку. – Наступила самая важная часть твоего взросления. Я не лишу тебя столь исключительной возможности.
– Спасибо, – поблагодарила ее Дарси. Чудесное отношение, но из-за него она почувствовала себя совсем юной. – Я найду правильный момент.
– Конечно. Когда я смогу познакомиться с Имоджен?
– Когда угодно. Она тебе понравится.
– Уверена, что да. А пока твои родители пребывают в неведении, я, как твоя родная тетя, должна разузнать все подробности. – Лалана откинулась на спинку кресла и переплела пальцы. – Я тебя слушаю.
Дарси невольно просияла. Она может поделиться с тетей Лаланой множеством мелочей. К примеру, как Имоджен рассекает руками воздух, говоря о литературе, а еще – собирает скандальные сплетни о людях искусства, даже о тех, кто уже два века покоился в могилах… Имоджен никогда не перебивает Дарси, когда та бьется над концовкой предложения. Имоджен в разные дни предпочитает разные кольца…
Дарси провела с тетей весь вечер, и в конце их встречи осталась всего одна деталь, о которой она умолчала. Ведь Лалана действительно не поняла бы, как можно не знать настоящего имени своей девушки.
Порой Имоджен уходила одна на целую ночь.
Дело было не в том, что она не хотела брать Дарси, хотя так решила сама Дарси. Как бы ей ни нравились друзья Имоджен, она беспокоилась, что ее пенсильванские водительские права не выдержат тщательной проверки в крутом ночном клубе. И неловко всегда оказываться самой младшей. Дарси многого не знала: ни тонкостей политики, ни взаимоотношений полов. Кроме того, был сленг, который используют люди, отучившиеся в колледже. На нем-то и изъясняются в барах! Увы, Дарси часто обнаруживала, что на шаг отстает. Когда она выбиралась отдохнуть и выпить, ей, в основном, хотелось говорить о книгах и писательском труде, а у Имоджен имелся весьма обширный круг знакомых. И немудрено! Имоджен не гнушалась работы в художественных галереях и писала блоги для независимых веб-сайтов, поэтому всего за четырнадцать месяцев она успела обзавестись приятелями не только в издательской сфере.
А бюджет – творение Ниши – тоже не давал Дарси покоя. Иногда Дарси сравнивала его с шумным привидением, которое прячется в шкафу, то посмеиваясь над ней, то визжа и грохоча железными цепями.
В общем, когда Имоджен выбиралась в город со своей компанией, Дарси обычно сидела дома. Поскольку они сближались все больше, Дарси часто оставалась не в квартире 4Е, а у Имоджен, где никто не мешал ей совать нос куда угодно. Теперь ее любопытство могло быть удовлетворено.
Как выяснилось, Имоджен коллекционирует картонные пакетики спичек.
Она собрала кучу всяких бесплатных и случайных находок – расписания движения городского транспорта, палитры с образцами для выбора цвета, забракованные полароидные снимки, – однако оказалось, что в особенности Имоджен увлекается пакетиками со спичками. Дарси насмотрелась, как она забирает их из ресторанов и кафе, и слышала, как сокрушается Джен, что она была слишком мала в славные деньки до запретов на курение.[79] В те времена в качестве рекламы предприниматели самого разного рода раздавали прохожим картонные пакетики спичек. Однако Дарси даже не подозревала, как далеко зашла эта мания, пока не начала шарить в шкафу своей подруги.
Имоджен хранила коллекцию в прозрачных пластиковых коробках. Они были плотно набиты и составлены так, чтобы логотипы и телефоны читались снаружи, а их нутро ломилось от копий и аналогов. В шкафу стоял штабель таких коробок, спичек хватило бы, чтобы спалить Нью-Йорк дотла. Имоджен никогда их не зажигала, это было столь же немыслимо, как коллекционеру комиксов вырвать страницы из старых выпусков.
