– Я не против, что ты узнала. Я ее не прятала, правда. И мне даже нравится, что ты хочешь обо всем знать.
Они прижались друг к другу, и на мгновенье в комнате воцарилась тишина, если не считать урчания двигателей машин на просыпающихся городских улицах. По мере приближения рассвета освещение менялось, и тело Дарси тоже изменяло положение, поудобнее устраиваясь рядом с Имоджен. Резкий аромат алкоголя и сигарет сменили более мягкие, знакомые запахи.
Когда они отодвинулись друг от друга, Дарси спросила:
– По десятибалльной шкале, где десятка – это наибольшая закомплексованность, насколько я – поганая девчонка?
– Ты вовсе не поганая девчонка. Порой ты мучение, вот и все.
Дарси прошептала:
– Когда я увидела ее фотографию, меня охватила ревность. Но не из-за того, что ты была в нее влюблена, а потому, что из-за нее тебе захотелось писать книги.
– Мне хочется писать книги из-за многих вещей, но ты тоже не ошиблась, – ответила Имоджен и, привстав, с полуулыбкой произнесла: – И ты из-за этого так сильно приревновала?
– Конечно.
Имоджен плавно спикировала на кровать – ни дать ни взять падающее пьяное дерево,[83] – и рассмеялась хриплым грудным смехом.
– Как в ту ночь, когда ты позавидовала моей задумке с «Фобомантом». Ты смешная.
– Нет, я отвратительна!
– Дарси, Дарси… Я только что вернулась домой после шести часов пьянства, танцев и разговоров, в основном, о сексе, – с полудюжиной красивых, необузданных и чрезвычайно умных женщин. Ну и к чему ты приревновала? К происхождению моего ном де плюм![84] – При звуке собственного французского акцента Имоджен снова разразилась дребезжащим смехом. – Ты расстроилась из-за моих разглагольствований! До чего же забавно!
Дарси изумленно уставилась на подругу, размышляя, не стоило ли подождать, пока та протрезвеет, и лишь потом заводить щекотливый разговор. Однако когда Имоджен, наконец, умолкла и открыла глаза, то выглядела абсолютно трезвой.
Она заправила Дарси за ухо выбившуюся прядь волос.
– Ты удивительная.
– Я дрянь, Джен. Не знаю, как мне от этого избавиться.
– По крайней мере, тебя волнуют правильные вопросы, – Имоджен по-кошачьи подмигнула. – Тебе и правда нужно знать мое настоящее имя?
– Да.
– Пожалуй, меня уже ничего не убьет.
Дарси с минуту выдерживала взгляд Имоджен. Неужто нормальные люди спорят из-за подобной ерунды? Имен, литературных псевдонимов и болтовни о романах? Разумеется, нет.
– Сохрани его в тайне. Для меня ты – Имоджен.
Подруга вознаградила ее прекрасной улыбкой.
– Ладно, но лишь до поры до времени. А ты поедешь со мной в турне?
Сначала Дарси недоуменно пялилась на Имоджен, не понимая, о чем речь. Предложение Имоджен ее, мягко говоря, ошарашило. Само понятие «турне» даже показалось ей чистой абстракцией. Но затем до нее дошло значение слов, и она закивала.
– Замечательная идея! Может, когда-нибудь мы одновременно устроим рекламную поездку.
– Я имела в виду не отдаленное будущее, а следующий месяц.
Дарси заморгала.
– Стоимость гостиничных номеров не меняется из-за гостя, – продолжила Имоджен. – А платит за все – «Парадокс». Машины тоже включены в стоимость. Между прочим, еда за пределами Нью-Йорка – дешевле, и мы сэкономили бы неплохие деньги. Тебе придется только купить билеты на самолет, и здесь-то я могла бы тебе помочь.
– Значит, ты приглашаешь меня поехать в турне с тобой и Стэндерсоном?
– Ясное дело. Но нам лучше сначала спросить у него, из вежливости. Однако ты ему нравишься, и я уже поболтала с Нэн. Она заявила, что промотурне – отличная вещь, в особенности, для авторов «Парадокса».
Теперь Дарси собралась с мыслями. Она лишилась якоря с тех самых пор, как нашла фотографию Имоджен Уайт, но внезапно под ногами появилась твердая почва. Имоджен заговорила об издательском бизнесе, что всегда прочищало Дарси мозги.
– Промотурне? Отличная вещь? – повторила она.
– А как же? Ты путешествуешь, встречаешься с книготорговцами и библиотекарями и так их очаровываешь, что они напряженно ждут выхода твоей книги, – Имоджен ухмыльнулась. – И не забывай, что мы будем со Стэндерсоном, поэтому на нас прольется его сияние рок-звезды.
– А Нэн действительно согласилась?
– Идея привела ее в восторг, но нам придется разделить стоимость авиабилетов.
– Я сама заплачу за свои перелеты, глупышка.
– А твой бюджет?
– А ну его!.. – Дарси крепко обвила руками Имоджен. – У меня есть возможность поехать в турне с тобой и Стэндерсоном? Класс!
– Тебе повезло, правда?
Дарси со смехом отстранилась.
– Дело не в удаче, Джен. Это из-за того, что тебе не хочется бросать меня здесь на неделю!
– Одному богу известно, что тебе взбредет в голову, когда ты будешь бродить по Нью-Йорку… или по моей квартире.
– Обещаю больше никогда не шпионить.
– Поверь недоделанному знатоку обсессивно-компульсивных расстройств:[85] ты себя не остановишь. Однако ситуация в норме, раз ты еще не заглядываешь в мой дневник. – Имоджен посерьезнела, внезапно заговорив резким и грубым голосом. – Когда я была маленькой, мама частенько читала мои записи, и я ненавидела это всей душой. Пожалуйста, не поступай, как она.
– Что ты, Джен, обещаю.
