Скользя взглядом по сокровищам Имоджен, Дарси размышляла, какая история стоит за тем или иным пакетиком спичек. Когда Имоджен перекусила в кафе на Брайтон-Бич?[80] Почему она заглянула на автомойку в Куинсе?[81] С какой такой стати школа танца решила заказать для своей рекламы – спички?
А однажды ночью в конце августа Дарси обнаружила нечто захватывающее: альбом выпускного класса за две тысячи девятый год.
Как и любой школьный альбом, этот пестрел фотографиями выпускников – с фамилией каждого ученика внизу. Дарси сделала быстрые подсчеты насчет возраста Имоджен и, тяжело дыша, захлопнула альбом. Под одной из фотографий наверняка будет настоящее имя подруги! Теперь дело принимает серьезный оборот.
На миг Дарси решила, что вернет альбом на место. В порыве добродетели она даже почувствовала гордость от правильности своих намерений, однако затем открыла альбом и начала изучать снимки учеников с первой страницы, внимательно разглядывая лица выпускников.
В школе, в основном, учились белые дети. Парни ради фотосъемки надели рубашки с воротничками, девушки перестарались с косметикой. Никто не напоминал юную Имоджен или хотя бы тех, кто мог быть ее друзьями или одноклассниками. Подростки казались выходцами из параллельной вселенной.
Имоджен Грей явно принадлежала к другому миру. Кроме того, на фотографиях не было ни шуток для посвященных, ни вдохновляющих высказываний, накорябанных на полях соучениками.
Может, школьный альбом был просто выброшен за ненадобностью, и его сохранили для исследовательских целей, как источник имен для персонажей и никудышных причесок в духе Среднего Запада. А может, его оставили здесь в качестве ловушки, чтобы помучить одну девчонку, которая любит везде совать свой нос.
Но Дарси продолжила читать, отмечая пустые места с подписями «Фотография отсутствует». Что, если Имоджен просто пропустила день съемок?
И вдруг на последней странице внимание Дарси привлекло знакомое сочетание букв… Имоджен.
Имоджен Уайт.
– Нет, – уставившись на изображение, прошептала Дарси.
У девушки была улыбка до ушей, большие глаза, очки в роговой оправе и черные волосы. Ее лицо выглядело чересчур круглым и не могло принадлежать Имоджен, а нос казался очень маленьким. Совпадение, вот и все. Имоджен не такое уж редкое имя.
И все-таки, Уайт и Грей. Белая и серая…
Дарси продолжила поиски, пропустила портреты выпускников и перешла к фотоснимкам мероприятий, клубов и спортивных команд, выискивая любую девушку, похожую на ее Имоджен. Разумеется, никто не может быть до такой степени букой, чтобы избежать неутомимых камер охотников за фото для выпускного альбома.
Наконец, ее поиски увенчались успехом. Дарси открыла раздел «Театральное искусство» и увидела снимок. Возле сцены толпились зрители, а на подмостках красовались Имоджен Уайт и Имоджен Грей – обе в старомодных платьях. Около фото была единственная на весь альбом рукописная пометка:
«Прости, что это говорю, крошка, но тебе паршиво даются акценты, и ты глупо смотришься в платье.
С любовью навеки,
Огненная Киска».
Дарси моргнула, вспоминая то, что сказала ее Имоджен в ночь их первой встречи: «Моя первая девушка была пироманкой».
Ее будто ударили, и сперва Дарси даже не сообразила, почему.
Понятно, что до нее у Имоджен были девушки: эта особа в средней школе и целая вереница за карьеру блогерши в колледже.
Но здесь было кое-что еще. Имоджен Уайт оказалась прототипом пиромантки, искрой, из которой возникла целая трилогия, да и Джен, когда воссоздала себя романисткой, взяла имя Огненной Киски. Дарси поняла, что ревнует не к сексу или любви, а из-за книги.
Она прилегла на кровать, внезапно почувствовав себя измотанной.
Дарси знала, если бы она сейчас была в детективном романе, то пролистала бы альбом снова, выписывая все имена под надписью «Фотография отсутствует», а затем бы погуглила их одно за другим с подходящими ключевыми словами, чтобы найти ответ.
Но старое имя Имоджен больше не имело значения. Именно ее новое имя – настоящее имя, как она настаивала, – поведало всю историю.
Дарси посмотрела на фотографию девушки Имоджен – ее музы и тезки.
Где она теперь? Была ли это любовь, что называется, «навеки»? Может, пакетики со спичками собирались для нее?
Дарси удивилась. Ей лучше задаваться совсем другим вопросом, например: как получилось, что она стала такой отвратительной ревнивицей? Их отношениям меньше двух месяцев, а она ухитрилась позавидовать той, кто являлась девушкой Имоджен, когда Дарси было тринадцать лет.
Она громко застонала. Тело болело, словно ее эмоции подключили проводами напрямую к мышцам. Больно дышать, двигаться, думать. Откуда столько напряжения?
Она встала и поплелась в ванную комнату, затем приняла душ в надежде смыть свою ревность, но струи воды напоминали обжигающе-ледяные иглы.
