— Ты забыла о сумасшедших зайках-убийцах.
— Эй. Ты все еще в обиде, что моя милая пушистая задница спасла твою?
— В первую очередь, я оскорблен тем, что меня, оказывается, нужно защищать.
— Говорит медведь, который попал в ловушку из-за своих любимых медовых булочек.
— Я как раз собирался вырваться, когда ты появилась, — похвастался он.
— Вырваться из плена галлюцинаций. Все хорошо, медвежонок. — Она похлопала его по щеке. ― Это будет наш маленький секрет.
— Что еще ты скрыла от меня? — Его глаза впились в нее.
Со вздохом Миранда рассказала о списке пропавших без вести. Чейз не произнес ни слова во время рассказа, но его лицо напряглось.
— Так ты следила за мной все это время? — Он замолчал, его лицо застыло, но она могла видеть по глазам, как мысли крутятся в его голове. Это не предвещало ничего хорошего.
Миранда поерзала на диване, прежде чем ответить. Затем схватила горсть винограда и засунула в рот.
— Миранда? — Предупреждающее рычание заставило ее вздрогнуть.
Она быстро прожевала и сглотнула.
— Я уже говорила, мне поручили защищать тебя.
— Я понял эту часть. Но после похищения прошло много часов до того, как вы пришли, чтобы спасти меня. И это означает, что вы не знали о моем похищении. Итак, как ты вышла на мой след?
Чертов адвокат. Он просто должен был увидеть дыру в этой истории.
― Я тебя чипировала.
Он скрестил руки на своей впечатляющей груди.
— Объясни.
Миранда решила показать. Она поднялась и приблизилась.
— Наклони голову вперед.
Ей понадобилось минута, чтобы найти и снять маячок. Сделав это, она показала его Чейзу.
— Ты встроила мне чип? — Его недоверчивый тон заставил ее съежиться.
— Эй, не надо так возмущаться. С его помощью мы нашли тебя вовремя. Если бы мы этого не сделали, ты бы, вероятно, попал в какую-нибудь лабораторию для экспериментов.
— Что-нибудь еще, чем бы ты хотела поделиться со мной?
— Едва ли, если ты будешь так реагировать.
— Ну, извини, если со мной проблемы, как с объектом. Это все, чем я был для тебя?
Миранда не стала задумываться, хорошая это идея или нет. Она просто последовала за инстинктом и уселась к Чейзу на колени. К ее удовольствию, он не отстранился.
— Тебе поможет, если я скажу, что хотела рассказать тебе все с первого же момента знакомства? Ты никогда не был для меня объектом или просто работой. Я ненавидела все эти секреты.
— Больше никаких секретов? — спросил Чейз, обнимая ее.
— Неа. И особенно я не буду держать в секрете твои размеры. Ух. Скоро девочки в офисе услышат это и будут завидовать мне.
— Миранда! Ты не будешь обсуждать мой член или что-нибудь еще ни с кем.
— Слишком поздно, сладкие щечки. В рамках твоей безопасности в твоей квартире и на работе установили камеры. И если они не отключены, в чем я сильно сомневаюсь, FUC уже знает, что мы станцевали горизонтальное танго. Черт возьми, Джесси, вероятно, уже спорит на то, сколько раз ты заставил меня кончить.
— Что? — Его рев заставил дребезжать стекла. — Ты шпионила за мной?
— Ну да, разве это не то, о чем мы только что говорили?
— Ты забыла упомянуть камеры.
— Сожалею. Я даже не подумала сказать, поскольку они — стандартная процедура.
— Я займусь вашими задницами в Объединенном Пушистом Суде.
— Суды как раз и выдают нам поручения и инструкции, так что вперед. Веди себя, как маленький медвежонок. — Миранда высунула язычок, и Чейз зарычал.
— Женщина, ты испытываешь мое терпение. — Его сердитое лицо не оттолкнуло ее, вероятно, из-за желания, которое он пробуждал в ней.
— А ты меня заводишь. Хочешь потрахаться, как кролики?
Ее комментарий обезоружил его. Чейз прищурился.
— Ты целиком и полностью двинутая, знаешь.
— Да. Мама говорит, это из-за того, что в детстве я слишком часто ударялась головой.
Губы Чейза дернулись, задрожали в улыбке, а потом он расхохотался. Грохочущий звук был настолько заразительным, что Миранда тоже рассмеялась. Оседлав Чейза, она дернула его рубашку.
―Что ты делаешь?
― Пытаюсь раздеть тебя.
― А камеры? — запротестовал он.
Вздохнув, Миранда встала и сняла с себя рубашку, чтобы прикрыть камеры в спальне.
— Теперь счастлив?
Качая головой и бормоча что-то про безумных и сексуальных заек, Чейз разделся, демонстрируя свое великолепное тело. Она прижалась к нему, кожа к коже, и задрожала от восхищения.
— Что теперь? — обняв ее, спросил он.
— Теперь ложись. — Ей нравилось, что он подчинялся. В мгновение ока он лег на пол, а она, ухмыляясь, оказалась на его голой волосатой груди. — Отлично. Знаешь, я всегда хотела заняться любовью на медвежьей шкуре.
— Миранда, — застонал Чейз.
— Что? Это правда. — Она пощекотала пальцами его торс, следуя за выпуклыми линиями мышц, покружила вокруг плоских сосков. Чейз напрягся, его тело стало неподвижным — он пытался обуздать свое желание. Как будто она разрешит ему сделать это.
Миранде нравилась ее способность заставлять Чейза забыться. Забыть то, кем она являлась. Ей особенно нравилось, как блестели его глаза — в них можно было видеть искорки чувства собственничества.
Принадлежать такому мужчине, как он, было чертовски хорошо.
