— Да, — свой ответ девушка сопроводила кивком головы. — Понизила чувствительность к боли, как вы и учили. — Это то и было еще одной странностью в текущей ситуации. Староста говорил об онемении тела, но он и будет таковым при подобном заклинании. И все же, к таким людям стоит прислушиваться, что она и сделала.
— И как больной отреагировал на магию?
Пытаться понять смысл вопросов учителя, в большинстве случаев, пустая трата времени. А потому, чем быстрее он получит ответы, тем быстрее начнет рассказывать свое видение проблемы.
— Никак, — ответила девушка, но все же добавила. — хотя, мне показалось, что его тело стало более бледным, чем было изначально. Но так как он был весь в грязи и крови, то я подумала что это только кажется, тем более его отмывали, что и могло вызвать подобный эффект.
— Зови свою помощницу, пусть снимает «покров» с больного. А мы с тобой тем временем поговорим.
Разговор, к удивлению Инади, был коротким — может пять минут, а может и тех не было. За это время учитель успел поведать девушке историю, которую он вспоминал по дороге в местный госпиталь.
— … С того случая, я больше нигде не встречал подобных ситуаций: ни в личной практике, на в практике тех с кем я общался. Только в одной старой записи, — законным и не законным путем попавшей к старому лекарю, — был подобный случай похожий с этим. Документ был слишком старым, и не сохранился полностью, и все что в нем осталось, это лишь описание описание симптомов: бледность кожи, онемение тела, и неадекватная реакция зрачков. Выжил ли тот больной, и что с ним случилось, если он выжил, не известно. По своему же случаю, я сделал немного выводов, и все они притянуты за уши, но ничего другого у нас нет. Первое, таких больных нельзя подвергать магии — сперва им становится лучше, а затем мгновенное ухудшение состояния организма. Второе, покров, — его нельзя оставлять на пациентах дольше пары часов, в малом количестве он если и не делает лучше, то точно не делает хуже, а вот в большом количестве мгновенный эффект, как после применения магического воздействия. Третье, если такой человек выживает, он теряет магический дар.
— Значит, — начала Инади подводить итог услышанному, — нам остается только ждать и никак не вмешиваясь?
— Да, именно так. Это своего рода этап неправильной эволюции. У обычной бабочки, после этапа гусеницы, наступает этап куколки, из которой появляется красивая гусеница, но с крыльями — бабочка. В нашем же случае, вместо человека появится человек — только без магии. Это при условии, что он переживет этап куколки.
— Учитель, Вы видите какие-то изменения? — старый лекарь в очередной раз осматривал бессознательное тело необычного пациента. В этом же помещении находилась и его бывшая ученица.
С момента привлечения старого лекаря прошло без малого полтора суток. Никаких изменений не было, ни физических, ни магических. О чем он и поведал Инади.
— Нет, я ничего не вижу. Как бы то ни было, осталось ждать недолго, по моим подсчетам, может сутки с небольшим, а может и меньше…
Как человеку науки, ему было безумно интересен этот случай, да еще и на старости лет, когда мало что действительно будоражит старую кровь. Но была и другая сторона ситуации. Не смотря на свои знания и практики, Идан не смог спасти своих близких. Жена умерла при родах, сын — скончался у него на руках — результат охотничьей вылазки. Именно сына и напомнил ему неизвестный парень, хотя в них не было ничего общего. И ему очень не хотелось, что бы этот юнец так же рано ушел из жизни.
* * *
Пятнадцать часов и сколько-то минут спустя…
Здание лечебницы не было таковым по своей задумке, когда-то это был просто жилой дом, довольно богатый по местным меркам. Со временем там поселился один из первых лекарей поселка, и тут же принимал больных. Сейчас, тут никто не жил, разве что больные, которых не желательно дополнительно подвергать тряске во время транспортировки. Когда такие больные появлялись, Инади с помощницей ночевали в лечебнице. Так было и сейчас… Первой проснулась Диа. Ей как младшему медицинскому персоналу, по местным меркам, положено все проверить до прихода лекаря. Первым делом, нужно навестить бессознательного больного, она не верила что он очнется, но работа есть работа. Ночью ее учитель и учитель ее учителя, по очереди дежурили возле пациента. Выходя из своей комнаты, Диа столкнулась с Инади, которая шла, как оказалось ее будить. Этого не потребовалось, но наказ был ясен, обязанности никуда не деваются, но за пациентом следить и если заметит хоть малейшие изменение, немедленно ее будить. Сама же лекарка решила передохнуть пару часов. Ее учитель не молод, был отправлен спать пораньше, сама же Инади тоже устала, и могла положиться на ученицу в этом деле, пока сама немного отдохнет.
