Уже не молодой, но все так же крепкий мужчина сидел на арене и наблюдал за началом третьего боя претендента. Бой молодого Сафионала, еще несколько лет назад, возможного мужа для его дочери. Претендент ничем его не заинтересовал. Это не значит что он слаб, нет. Но пока что это был уровень обычного бойца из личной гвардии прайа. Он и сам прекрасно владел оружием, несмотря на то, что был магом жизни. И не столько целителем, как магом природы. Известным человеком, к которому обращались лично прайи, без посредников в виде слуг. Его род очень древний, и силой он обладал немалой, но вот чего-то не хватало, чтобы быть прайем. Будучи помоложе, его это сильно беспокоило, сейчас же уже было все равно. Все свои знания он передал дочери, и осталось лишь выдать ее замуж. Больше детей у него не было. Еще будучи молодым, он не смог сберечь своих трех жен. И остался жить ради дочери. Конечно, женщины у него были и есть сейчас, но женщины от которых бы он хотел детей среди них нет и не будет.
Несколько лет назад, начались некие разговоры о возможном замужестве его дочки за Сафионалом. Не то чтобы это было плохо или хорошо, просто это было. Сам маг ничего не имел против сильнейшого прайа. Такое родство было бы полезным. Но проблемы начали преследовать семью жениха. Доподлинно никто не знает подробностей происходящего и причин, но его влияние падало, люди безнаказанно пропадали, а некоторые активы перешли к другим прайам. Из-за этого роль невесты, для его дочери, была отклонена, так и не дойдя до предметного разговора. Сафионал искал поддержку у других семей, которые давали бы именно военную и финансовую поддержку прямо сейчас, в том числе и за счет возможной свадьбы.
Его семья не могла этим похвастаться. Родственников хватало, и все они были специалистами в растениях и алхимии со своим уровнем влияния, но все же это не то, как считал прай. Сам маг жизни тоже не огорчился, если под прайем начало шататься кресло, то пусть его. Чем дальше от этих событий находишься, тем дольше и спокойней живешь.
Вот полетели три заклинания Сеймира. Наверное в столице нет человека, который бы не знал этого маневра. А вот дольше он удивился. Нет, не тому что сделал претендент и как на это отреагировала арена. А тому, что именно сказал претендент. Он не слышал сказанного, но он умел читать по губам. Речь шла о его дочери. Багри это не понравилось и испугало. Контекст разговора явно намекал, что его дочь где-то успела перейти дорогу претенденту в прайи, да и еще таким методом. Была надежда, что Сафионал победит, и бояться нечего. Но что-то ему подсказывало, что проблема так просто не решится. И интуиция его не обманула. Сеймир был убит. Стоя над обезглавленным телом, Азгор сказал прощальную фразу, которая Багри понравилась еще меньше. Те кто хоть немного умел слушать, даже без доступа к книге, которая предназначена только для прайев и претендентов, знал — право на месть для них свято. Никто не станет на пути мести.
— Найти мою дочь и привести ее сюда! Немедленно! — не поворачивая голову произнес Багри. Человек, сидевший по левую руку от своего господина молча встал, поклонился и пошел выполнять приказ.
Еще несколько человек, сидевших вокруг, стали пристально искать источник угрозы для господина.
— Куда же ты влезла, дочка… — едва слышно произнес маг.
Багри необходимо срочно найти причину недовольства молодого прайа, а в том что претендент им станет, он не сомневался. И не менее срочно нужно найти что-то в качестве откупа. Вот только что?
* * *
Багри был прав. Четвертый поединок тоже завершился победой теперь уже прайа, а не претендента. Менее минуты — сорок девять секунд и действующий прай признал свое поражение. Просмотрев первые три поединка четвертый противник, решил поступить более хитро. Он не стал использовать магию в чистом виде. Вместо этого он создал десяток иллюзий, которые не могли имитировать физически урон, но прекрасно могли помогать создавать заклинания из разных направлений, тем самым мешая понять — кто настоящий. Уловка очень сильная, так один прай мог убить приличную армию. Вот только на Азгора это не подействовало. Он легко, но не ясно как, определил кто настоящий, и просто шел на него, попутно отбивая магические атаки. В отличии от первых двух боев, претендент не оставлял право сдаться самому, а бахнул мечом плашмя по голове. Выживает — хорошо, нет — ничего страшного. Это поражение, и в любом случае ему придется самому уйти из жизни через некоторое время, и передать наследнику все права.
Спрятав меч в ножны за спиной, Азгор направился к трибуне, где сидели прайи. Это простое движение вызвало не меньшее оживление со стороны зрителей. По их мнению это были пространственные ножны, редчайшая вещь, и как она попала к бывшему изгою остается только гадать. Но тишины, после оваций четвертой победы, никто не нарушал. Все ждали официального признания.
