Став напротив прайев Азгор замер. Их слово первое. Видя его близко, каждый отметил, что бои ему может и дались внешне не сложно, но без последствий не обошлось. Небольшие ссадины и ожоги были и на руках, и на лице. Даже пару порезов наблюдалось. Частичное отсутствие бровей и волос на голове. Прожоги или прорези на кожаной броне.
— С этого дня мы признаем тебя Прайем! — встал и молвил прай Пеньги.
— Спасибо за оказанную честь! Я, Азгор Алкухин, по праву новопризнанного прайа, отказываюсь от занимаемой должности, и оставляю за собой лишь звание, взамен на полную амнистию для изгоев.
* * *
Мое заявление вызвало охренивание. Подтверждением этого стала тишина которая была громче любого крика. Когда я шел к прайам все молчали, чтобы услышать все что будет сказано, но когда я отказался от должности, кажется даже мухи перетали летать, настолько стало тихо.
Амнистия для изгоев. Просто фраза, но сколько в ней всего скрывалось. Они не имели права не принять такого требования, в книге все прописано. Но им и в голову не могло прийти, что кто-то откажется от власти ради не пойми чего. А изгои для них, были даже меньше чем непойми что. Они не могут отказать мне, как и не могут сегодня согласится, а через сто лет вернуть закон. Традиции они такие. Зачем я это сделал? Как мне кажется, это единственный выход в сложившейся ситуации. Я убил Сафионала-младшего, его отец будет мне мстить всеми силами, я в этом уверен. Но это будут очень длительные ходы, ведь хоть малейший намек на его причастность и его правлению конец. И не только его, а всю его семью пустят под нож. Ведь проблема не в том, что я бил его сына, а в особенности его рода. Как-то так у них в семье сложилось, что вот уже многие столетия, рождается только один наследник и куча дочерей. Наследника я убил, теперь у него может родится опять сын. Но это утрата может не правой, но точно левой руки в правлении и влиянии. На него и так давили до этого. Убитый мной архимаг начал этот процесс, и вот я продолжил. Стоит правда признать, что это просто стечение обстоятельств, такого плана изначально не было. Но раз уж подвернулся мой кровный должник, то долго я ему вернул. А о родословной я узнал из библиотеки, что была в мое доступе. Там же говорится о том, что один наследник компенсируется силой. Насколько я понял, три ровесника погибшего, тоже наследники прайев, будут слабее его одного. Так что теперь на него давление еще больше увеличится, а я главный виновник.
Что же касается самой амнистии для изгоев, то тут все просто. Я тем самым попросил разрешение изгоям жить как и обычным людям без запретов и притеснений. Мне в этом отказать не смогут. И сделал я это по двум причинам. Во-первых, я им многим обязан. И если есть возможность помочь, то почему бы нет. Но главная причина в том, что мне нужно найти инструкцию по возвращении домой. Где же ее искать как не в столице? А искать куда проще, когда есть кто-то, кто прикроет спину. Сутки или двое не спать, ожидая удар врагов, это один момент, но на постоянной основе это путь в один конец. А так у меня будут свои помощники, на законных основаниях.
Ну и последний момент, я отказался от власти, а значит не являюсь угрозой политическому строю, который есть сейчас. И пусть я не принял сторону сильных мира сего, но и мешать им ненамерян.
— Мы услышали тебя! Мы приняли твое решение! — первым всех отошел все тот же Пеньги. В знак подтверждения он протянул мне свиток. Если бы я не отказался от должности, то их было бы два.
Он хотел что-то еще сказать, но его прервал Сафионал.
— По праву крови я вызываю тебя на бой!
Вот как, бой разумеется до смерти, других вариантов нет.
— По праву мести, я принимаю твой вызов! Здесь, через час!
Ух как морды у всех прайе изменились. Так это они знают, что я изгой, что я был в плену у Сафионала. А что же говорить об остальных присутствующих на арене. Хотя чего тут говорить, им лишь бы зрелищ. Ну покрамсают прайи друг-друга, какое им дело, для них это не сильно что-то изменит.
Не став задерживаться, я развернулся и пошел на арену. А Сафионал так и не сдвинулся с места. Это он что, ожидал, что я откажусь или перенесу бой на завтра? Ну уж нет, сил во мне еще достаточно. А вот давать ему возможность подослать ко мне убийц или детально проанализировать увиденное, я не намерен.
* * *
Багри был в шоке. Нормальное такое состояние, для того, что творилось вокруг. А вокруг народ неистовствовал. Как же, дуэль прайев, уже вторая за сегодня, да еще и смертельная. Народу это однозначно нравилось. Деньги ставились на самые разные исходы боя.
Все это было актуально, но мало заботило Багри. Час, что люди сходили с ума, он слушал рассказ своей дочери. Слушал не один раз, чем довел ту почти до слез, так как она «устала рассказывать одно и тоже в десятый раз». Состояние дочери его мало беспокоило, сейчас важно было сохранить ей жизнь. И сохранить методом — увезти и спрятать ничего не даст. Нужно или договариваться, или надеяться что Сафионал сейчас победит.
