Думая так, Сейвен утюжил ногами песчаную тропинку, ведущую к лазарету. Он даже не оборачивался на замкнувшуюся в своем молчании Разиель и без того зная, что она позади. Разгоняя вновь сгустившуюся печаль, он пообещал себе, что все равно попрощается с Диз. Коротко, но так, как должен был это сделать. «И плевать на чужые взгляды…»
По пути он невольно отвлекся на стук и людской гомон. Не сбавляя шагу, обернулся на звук и увидел, как вербарианцы устраняли последствия… «…ракетомета, ага». В их голосах и лицах не было прежней скованности, прежнего страха. Вместе с Крайтером к ним вернулась уверенность в завтрашнем дне. Сейвен печально вздохнул. «А о том, что может случиться завтра им лучше не знать. Правду говорят, счастлив несведущий».
В лазарете, помимо Тиефа и Енисея, скучал Дейт Сауро. Видимо, ему не терпелось разговориться с пришельцем, вот он и ждал прямо на месте.
— Как дела, Тиеф, — Спросил Сейвен и несколько удивился, услышав в ответ на шепелявом вербарианском.
— Хорошо, светлый. Достопочтимый Енисей учит говорить вашу речь.
— Отлично! А понимать? Енисей, а понимать он сможет?
Психобот оглянулся на вошедших всем корпусом.
— Понимание тозже будедт. Здесь нузжно два аппарата. Разговорный я зобрал. Озталось зобрать злуховой. Бззт. Вот.
Он отступил на шаг от Тиефа являя свою работу: на разговорном отверстии, аккурат под хоботом, выпирало округлое приспособление. Именно из него и доносилась шипящая речь.
— Чувзтвительная меммбранна, улавливает изторгаемые гортанью звуки. Запрограммированный мной микроконтроллер дешифрует колебания и посзылает их на громкоговоритзель. Ззейвен, зпроси его о чем-нибудзь.
— Да, — учтиво кашлянул Дейт. — Спроси его, чем питаются его соплеменники. Сколько их осталось, и где они разбили свой лагерь.
— Моншер Дейт не доверяет иноземцу? — невозмутимо заметил Сейвен. — Знаете, если ему доверился Крайтер, то это многое значит. Да и я не чувствую в нем угрозы. Может, вы перефразируете свой вопрос? Чтобы не омрачать контакт такими… Ммм… Таким отчетливым недоверием?
— Ну, хорошо, — смягчился Дейт и на его уставшем, морщинистом лице мелькнула улыбка. — Спроси, чем питается его народ. Нам самим только-только хватает. Вдруг еще и их кормить придется.
Сейвен перевел и Дейт, услышав в ответ, что углекислотой, водой и солнцем, облегченно выдохнул.
— Тиефа уже показывали вербарианцам? — в свою очередь поинтересовался Сейвен.
— Нет, — немного помедлив, ответил Дейт. — Широкой общественности его не представили. Впрочем, молва уже разнеслась по всему куполу. Выведем паренька в люди, когда Енисей оснастит его полностью. Да, кстати! Еще вопрос. Различаются ли Ра по половому признаку? А то я тут, «паренек», а он может и девушка.
— Или старец, — усмехнулся Сейвен. — С вашего позволения, моншер Дейт, я, — он оглянулся на молчаливо стоявшую у входа Разиель. — Мы удалимся. Приберегите ваши вопросы для прямого спроса.
— Когда вы отчаливаете?
— Чем скорее, тем лучше. Сейчас излишние промедления нам ни к чему. Прощайте. На всякий случай.
— До скорого, — ответил Дейт и они пожали друг другу руки.
Сейвен не выносил прощальных сцен, особенно на подмостках возвышенного молчания. Такого, вроде бы многозначительного, но на деле — просто неловкого. Они сидели с Диз на той самой лавочке, в тени раскидистых кустов, на которой, казалось, сотни, а может и тысячи лет назад, они сидели на Вербарии. Но если тогда на них украдкой поглядывала маленькая девочка, то теперь ее взрослая сестра, в компании не Зака, но смурного Крайтера.
Решительного прощания не получилось. Он запросто и без стеснений пожимал руку Заку, хлопал по спине Моргота, а тот похлопывал его… Что там, даже Лейле позволил слезу пустить. Твердых слов не находилось только для Диз. «Сидим, соли рассусоливаем, а Атодомель уже метит, куда бы повернее вонзить свой клинок». Ему просто не хотелось прощаться с ней. Потому он и молчал.
— Скажи, — вымолвила Диз прежде, чем Сейвен успел отчаяться. Сказала и забралась ему под руку в точности, как тысячу лет назад. — Ты вернешь Вербарию?
Он недоуменно покосился на нее, и, на всякий случай, приобнял.
— Когда вы с Разиель ушли в лазарет, — пояснила она. — Мы немного потолковали с Крайтером. Знаешь, он романтик. Выдубленный временем и болью, неисправимый романтик. Он сказал, что хотел вернуться на Вербарию, чтобы воскресить ее.
— А он смог бы?
— Не физически. Ментально. Он мечтал об этом с тех пор, как все рухнуло. Хотел за счет генизы воссоздать разрушенный мир и воскресить современников. Словно ничего и не произошло.
— Походит на Вечность Кетсуи-Мо. В планетарном масштабе.
— Ты сделаешь это? — она пытливо посмотрела на Сейвена сверху вниз. — Ты вернешь Вербарию?
— Я не думал об этом, — слукавил он. — Для меня сейчас важнее ты. Ты и остальные вербарианцы. Живые, а не фантомные. Я возвращаюсь туда прежде всего из-за Атодомель. Ведь до тех пор пока…
— И все же, — мягко перебила его Диз. — Когда ты одолеешь его, ты вернешь Вербарию?
