— Отклонено! Отклонено! Отклонено! — кричал судья и стучал молоточком как дятел по дереву — Что ты думала, здесь балаган разводить? Не выйдет! Я — судья, и у меня молоточек! Делаю, что хочу!
— Извините, ваша честь, — потупилась принцесса.
— Зрубите себе на носу, — судья встал, опираясь на руки — если вы ещё раз позволите себе усомниться в моём правосудии и непредубеждённости, я лишу вас слова и удалю из помещения суда до вынесения приговора! Вам это ясно?
— Да ваша честь, — кивнула Закатиглазка.
— Так-то лучше, — судья медленно опустился на место и разрешил — продолжайте.
— Ваша честь, — Принцесса прокашлялась — я обвиняю Дракона Огнедышащего Взрывоопасного в систематическом каннибализме и похищении у меня чугунного горшочка в котором содержатся двести тысяч золотых монет, который, между прочим, вы можете наблюдать в камине этого зала.
— Можете ли вы предоставить какие-либо доказательства ваших лживых обвинений? — спросил судья.
— Да, ваша честь, — ответила Принцесса — разрешите пригласить для дачи показаний гнома Кобольда.
Кобольд, услышав своё имя, прокатившееся эхом по залу, оторвался от диспута с адвокатом оппонента и удивлённо посмотрел на Принцессу.
— Давайте, только, поживей, — разрешил судья.
— Гном Кобольд, сейчас вы должны ответить на мои вопросы, — обратилась Принцесса к повелителю подземных недр.
— Я не хочу, — зашептал гном уголком рта и подтолкнул Принцессу локтем — не хо — чу.
— Прекращайте выкобеливаться, встаньте и отвечайте, — прошептала в ответ Закатиглазка и продолжила нормальным голосом — знаком ли вам господин Дракон?
Кобольд встал на стуле и ответил:
— Знаком.
— При каких обстоятельствах вы познакомились?
— Было прекрасное апрельское утро, весенний ветерок гонял по голубому небу пушистые, похожие на барашков, облачка. Абрикосы стояли в цвету, как юные невесты, рои пчёл, деловито жужа, сновали меж цветов. Природа оживала и пела тысячями птичьих голосов, славя весну и радуясь жизни. Сады и парки наполнились непоседливой малышнёй, их родители проводили эти прекрасные выходные у речушки, сияющей как хрусталь.
— Можно покроче? — попросила Закатиглазка.
— Можно, — согласился гном — поглядел я на всё это безобразие, и решил, что нужно с этим немедленно заканчивать, не хер хорошо жить! Нужно сделать всем плохо. Тогда-то я добился аудиенции у господина Дракона, изложил ему суть проблемы, и он, любезно согласился проследовать за мной к месту беспорядков, дабы присечь оные.
— Он замечательный человек, — похвалил Дракона судья.
— Что господин Дракон сделал с жителями городка по прибытии? — продолжала допрос Принцесса.
Кобольд замялся. Он крутил пальцем в волосах, морщил кустистые брови. Взял со стола бокал наполненный водкой, поставил его назад, потом опять взял, выпил залпом, обтёр рот рукавом и выдал:
— Это она во всём виновата! — он ткнул пальцем в Принцессу — Она замыслила убийство господина Дракона. Заранее обдумала и по сговору с группой лиц намеревалась осуществить, для чего ей было передано оружие, — он показал на меч, стоявщий возле стула Принцессы — а горшочек с золотом, и вовсе, ей не принадлежит, она сама намеревалась его похитить!
— Что ж, — удовлетворённо произнёс судья — я полагаю свидетель дал нам исчерпывающие показания и может быть свободен.
Кобольд облегчённо уселся.
— Я надеюсь у вас всё? — спросил судья у Закатиглазки.
— Всё, ваша честь, — обескураженно ответила Принцесса и села на место.
— Ты не обижайся, — зашептал ей Кобольд — рассуди сама, твоё дело и так и так проигранно, а мне нужно о себе подумать, о карьере, мне, вон, Зайца как-то кормить надо.
Стук судейского молоточка прервал Кобольда.
— Тишина в зале! — потребовал судья, и Дракон громко срыгнул — Заседание продолжается, слово защите господина Дракона!
Дуля вылезла Из-за стола, прокашлялась, сделала глоток прямо из графина и, наконец, сказала:
— К даче показаний приглашается Кобольд!
— Как!? — развёл руками гном — Опять я!? Только ж допрашивали.
— Свидетель, — прикрикнул судья — отвечайте по существу!
Кобольд покорно встал на стуле.
— Не знаю правомочен ли допрос адвоката, — начала Дуля.
— У меня всё правомочно, — успокоил её судья.
— Свидетель, — обратилась Дуля к гному — встаньте на стол, это необходимо в качестве судебного эксперимента.
Кобольд взобрался на стол, и прикидывал на глаз расстояние, обдумывая сможет ли он доплюнуть до Дули. Было далековато.
— Сделайте три шага по направлению ко мне, — попросила Дуля.
Кобольд, стараясь не выдать радости от того, что всё для него так удачно слаживается, сделал вместо запрошенных трёх, четыре широких шага, и начал тихонько метиться в Дулю.
Но, тут, внезапно, Дуля схватила со стола графин, и быстрым движением запустила его в гнома. От столкновения с выпуклым лбом Кобольда графин разлетелся вдребезги, облив сидящих содержимым. Гном распластался по столу в позиции морской звезды.
— Ваша честь, допрос окончен, — после свершившейся вендетты, заявила Дуля.
