– Регина, не суетись, – остановил ее Ягин. – Пришли мне номер клиента тоже. Скорее всего, у меня к нему появятся вопросы.
– Так я же могу…
– Я сказал, пришли. Не нужно устанавливать новые порядки, даже если мы решили нарушить собственные правила. Лишние звенья только вредят. Ты поняла, миледи? Но можешь ему сообщить, что его делом я займусь сегодня. После того как мы с Адольфом вернемся с прогулки.
Регина, хмыкнув, пожала плечами. Ей нетрудно прислать, какие проблемы? Только как он займется, если у него кончились пастилки? Он же не в голосе нынче.
Напрасно она вчера обмолвилась, что знает его секрет. Бездарно проболталась. В результате дядька на нее разозлился, а если иметь в виду его характер, то надолго.
Один за другим, двумя месседжами, она отправила на его мобильник контакты, не забыв приписать, кто для Витольда клиент, а кто ему цель. Сунула трубку в нагрудный карман форменного пиджачка и, выглянув в холл, пригласила из очереди пожилую даму на стрижку с укладкой. Дама была из постоянных и не пафосная, можно будет расслабиться и посплетничать немного.
Она разбирала волосы пожилой леди на пряди, чтобы закрепить их зажимами и начать работать над классическим каре, когда завибрировал телефон. Пришлось отвлечься, извинившись. На мониторе обозначился номер ее собственного домашнего, Регина фыркнула. Опять дядька влез в ее квартиру. А говорил, на прогулку спешит.
– Девочка, я не могу найти таблетки от головы, у меня все закончились. Где они у тебя лежат, я запамятовал? – задал удививший ее вопрос дядя Толя.
И что-то добавил невнятно, но Регина не разобрала из-за шума в салоне. В соседнем кресле орудовала феном Кристина и, перекрикивая гул, выясняла у клиентки, на какую сторону укладывать челку.
Прижав смартфон щекой к плечу, чтобы не останавливать процесс, Регина произнесла:
– На кухне, в правом ящике буфета. Ты забыл? Пей по утрам препараты от памяти. И почему с городского звонишь?
– Мобильник на подзарядку поставил, – после паузы ответил Ягин. – Что-то ты в последнее время… огрубела. Я перезвоню, если не найду.
Он перезвонит. Хотя это было неправильно. Но нужна была гарантия, стопроцентная, а не пятидесяти только. И еще. Он обиделся за «шалаву».
Сидя на банкетке возле огромного зеркала в единственной комнате Регины, он выждал десять минут. Потом еще пятнадцать, не решаясь вновь набрать ее номер. Потянулся к телефону, стоящему на прикроватной тумбочке, снял трубку с базы. Не забыть бы после всего стереть вызов из памяти аппарата. И выгулять наконец Адольфа.
Сделав аккуратный глоток кофе и вернув с легким стуком чашку на пробковый кругляк, Марианна спросила:
– А все ли мы с вами учли, коллеги? Дело серьезное, и я думаю, вы это понимаете не хуже меня.
– Я его страховать буду, Вадимовна, не беспокойся, – серьезным тоном, совсем ему несвойственным, проговорил Скоморохов. – Да и сам Михалыч не рохля. Правду я говорю, Саш? Справимся? Отмалчиваешься тогда чего? Успокой командира, пусть не волнуется.
– Ты мне дело не шей! – рявкнула Путято. – И не передергивай. Я спокойна. Но пробежаться по пунктам надо.
Левка прижал руку к груди, изобразив глубочайшее раскаяние: мол, погорячился, ляпнул не подумав.
– Она не истеричная барышня, чтобы ее успокаивать, – буркнул Пастухов.
Марианна косо на него посмотрела, ничего не ответив. Повернулась лицом к Левке.
«Обиделась, что ли? Вот блин, – мрачно подумал Саша. – А из-за чего? Я с ней скоро невротиком стану».
Саша приехал в отдел первым, а эти двое задержались. С Марианной понятно – не рассчитала время на дорогу по новому маршруту. А Скоморохов-то что? Тачка заглохла? Пробки от самого подъезда?
Пока шумел чайник, слушали информацию, полученную Анкой от сантехника Кожемяки.
Саша сделал вывод, что Левка в курсе отдельных моментов, и это его задело. Отмахнувшись от ненужной эмоции, заставил себя сосредоточиться на общем разговоре.
Обсуждать, собственно, было нечего. Все трое пришли к общему мнению, что в деле имеется еще один фигурант.
Агентом по привлечению клиентов выступает племянница колдуна, Ягин – диспетчер и целенаводчик, а исполнитель – некто третий, имеющий возможность с небольшой дистанции причинить значительный вред жертве неизвестным пока способом и с привлечением непонятно каких средств. Если исполнителя вовремя схватить за руку, дабы тот не сумел ничего плохого сделать Пастухову, то преступное трио можно будет смело вязать, сажать и с каждым в отдельности разбираться.
– Лев Алексеич, как ты с просьбой моей справился? – спросила Марианна у Скоморохова, явственно ощутив, как при этих словах надулся Пастухов.
– Кофеек будет кстати, – не ответив сразу на вопрос, проговорил Левка. – Я ж без завтрака нынче.
Марианна вовремя прикусила язык, чтобы не сыронизировать по поводу полезности разгрузочных дней. Это было бы проявлением полнейшего свинства, это уже перебор.
Пошарила в ящике стола, извлекла начатую пачку печенья.
– Перекуси хоть так, Лев. А в городе вместе с Сашей Михалычем в кафешку зайдете. Санкционирую.
