Джо торжественно кивает. — Да, это было убийство. Тот, кто это сделал, точно знал, что делает. Они хотели убедиться, что Джефф не выживет.
Я чувствую, как во мне нарастает холодная ярость. — Ты говоришь, что кто-то из его окружения, кто-то, имеющий доступ, отравил его?
Джо сглотнул, его глаза отразили серьезность его открытия. — Да.
Я бросаю взгляд на Вайолет, которая стоит рядом со мной и выглядит еще более хрупкой, чем когда-либо. — Вайолет, может, тебе не стоит здесь находиться. Дигиталис — опасный наркотик, и тебе не стоит выслушивать подробности смерти твоего отца.
Джо кивает в знак согласия. — Кирилл прав, Вайолет. Это и так достаточно сложно. Тебе не нужно это слышать.
Вайолет качает головой, ее голос тверд, несмотря на слезы на глазах. — Нет, мне нужно знать. Мне нужно услышать остальное. Давайте развяжем дядю Джо. Он явно не представляет угрозы.
Мы развязываем Джо, его запястья красные от пут. Он трет их, выглядя благодарным, но измученным. Калеб молчит, его глаза устремлены в пол, его челюсти сжаты.
Пока Джо откидывается на спинку стула, я не отрываю взгляда от Калеба. Он не сказал ни слова с момента откровения Джо, и его молчание нервирует. Я не доверяю ему. Я совсем не доверяю ему.
В комнате тихо, пока мы готовимся услышать остальную часть истории Джо. Правда где-то там, она таится прямо под поверхностью, и мы на грани ее раскрытия. Пока мы стоим здесь, я не могу избавиться от ощущения, что в этом есть нечто большее, чем мы видим.
Когда Джо снова начинает говорить, я чувствую растущее чувство беспокойства и паники. Комната кажется душной, и мой разум мечется с тысячью мыслей, ни одна из которых не утешает. Мое сердце колотится в груди, и я едва могу сосредоточиться на его словах.
— После отчета о вскрытии я ничего не сказал, потому что не хотел никого волновать, — говорит Джо, его голос ровный, но усталый. — Те встречи, которые видел Кирилл, были для того, чтобы заплатить за информацию, заставить людей расследовать, раскопать то, что они могли. Информация, которую не мог получить полицейский или частный детектив.
Я смотрю на него, мои глаза широко раскрыты от недоверия и страха. Каждое его слово ощущается как новый груз, давящий мне на грудь.
Джо продолжает — Мне нужно было добраться до корня проблемы. Я нанял нескольких людей, этих гангстеров, чтобы они занялись этим вопросом и выяснили, кто причиняет вред нашей семье и кто убил Джеффа. У меня есть медицинское заключение, подтверждающее, что это было убийство.
В комнате тишина, все ловят каждое его слово. Я чувствую, как комок формируется в моем горле, мои эмоции закручиваются в хаотичном беспорядке. Я едва могу осмыслить то, что он говорит.
Джо переводит взгляд на меня, его глаза полны сожаления и решимости. — Вайолет, я всегда хотел, чтобы ты стала преемницей отца в компании. Я беспокоился о твоей безопасности. Ты подвергалась опасности, когда выходила на открытое пространство. Чтобы обеспечить твою безопасность, я временно взял на себя роль председателя.
Я чувствую, как слезы наворачиваются на глаза, руки дрожат, когда я пытаюсь сдержаться. — Почему ты мне не сказал, дядя Джо? Зачем держишь меня в неведении?
Лицо Джо смягчается, на нем появляется страдальческое выражение. — Я не хотел держать тебя в неведении, Вайолет, но я подумал, что это самый безопасный способ защитить тебя. Мне жаль. Мне правда жаль. Я никогда не хотел причинить тебе боль или заставить тебя чувствовать себя преданной.
Тяжесть его слов обрушивается на меня, и я больше не могу сдерживать слезы. Я опускаюсь в кресло, мое тело сотрясается от рыданий. Комната вокруг меня расплывается, и все, что я могу чувствовать, это подавляющее чувство потери и замешательства.
Джо подходит ближе, но я не могу заставить себя посмотреть на него. — Вайолет, пожалуйста, пойми. Я сделал то, что считал лучшим для тебя, для всех нас.
Я хочу верить ему, но боль слишком свежа, слишком груба. — Ты должен был сказать мне, — выдавливаю я из себя между рыданиями. — Я имела право знать.
Джо кивает, его лицо выражает скорбь. — Ты права. Я должен был. Я боялся, Вайолет. Боялся того, что может случиться с тобой, и потерять тебя тоже.
Я чувствую руку Кирилла на своем плече, его успокаивающее присутствие среди хаоса. — Есть еще кое-что, не так ли?
Я смотрю на Кирилла, его глаза полны смеси гнева и решимости. Несмотря ни на что, я знаю, что он прав. Мы должны найти правду, какой бы болезненной она ни была.
Джо делает шаг назад, его голос прерывается. — Мне жаль, Вайолет. Мне правда жаль. Я не хотел держать тебя в неведении, но это был единственный известный мне способ уберечь тебя.
Джо делает глубокий вдох, его плечи опускаются под тяжестью того, что он собирается раскрыть. — Теперь я должен кое-какие одолжения, — признает он, и в его голосе слышится сожаление. — Я не горжусь тем, что мне пришлось сделать, чтобы получить информацию, но я об этом не жалею. Это нужно было сделать.
