Противник метался по окрестностям города, перемещаясь из одной точки в другую за долю секунды, но не выходя за пределы взрывной волны. Диб чувствовал себя живым грузом, от которого пытался избавиться взбешенный зверь. Он уже ненавидел этот провод, его невозможно было выдернуть.
Он влетал в стекла, врезался в железные опоры, его тащили вверх по стенам; осколки в окнах застывали на месте, словно все происходило в невесомости. Последнее, что он видел в этом адском метании, это горизонт мегаполиса в мельчайших подробностях: взрывная волна от Мозга поглотила огромную территорию. Помощи не от кого было ждать.
«Ему удалось снять с меня воздействие волны, но почему он ограничивается одним перемещением? Это его единственная главная способность?» – мысли оборвал сильный поток ветра, сопровождающийся ударом об землю.
Диб отлетел к разрушенному зданию; щупальца сами занесли его внутрь, откуда уже через скелетообразный каркас он наблюдал за происходящим снаружи. Одна рука обхватила ноющие ребра, вторая держалась за искореженную стену, но в этот момент на боль он почти не обращал внимания. Оператора, в котором Диб с трудом узнавал своего заклятого врага, будто что-то терзало изнутри — от душераздирающего крика бились стекла. Что-то заставляло его метаться из стороны в сторону, биться головой об асфальт и вслепую врезаться в любое препятствие. Диб мог поклясться, что слышит скрежет ногтей по гладкой поверхности – оператор пытался избавиться от шлема, намертво приросшего к голове.
– Один, два… три? – он не верил своим глазам, считая отсоединенные провода. – Два уже было, а я смог выдернуть только один! Но, черт, с таким успехом я до утра буду возиться!
Диб выглянул наружу — никого. Щупальца с иркеном осторожно вышли из укрытия, глаза бегали по зависшим в воздухе обломкам, трубам, по высоким горам металлолома бывших зданий. Никого. И тут на голову обрушился звук невыносимой частоты, отчего Диб стиснул зубы. В глазах все поплыло, но он тут же ударил себя по лицу – он не мог потерять сознание, не сейчас.
– Ты… слишком… упертый! – прозвучал властный голос. Диб встретился «взглядом» с оператором, стоявшим за его спиной. На этот раз он оказался менее возбудимым и более разговорчивым. – Диб… сколько еще ты будешь оттягивать неизбежное? Ты же все понимаешь. Я спровоцировал взрыв, у которого есть побочный эффект – «молекулярное торможение», ха-ха. Каково это, когда усовершенствованное тобой оружие используют против тебя? Вскоре, когда пройдет воздействие волны, Мозг Контроля будет уничтожен. Ты ведь знаешь, что изначально он был создан «вечным»?
– Вечным?! – и тут Диб вспомнил слова Информатора: «Должно быть кто-то из них снова собрался». Модули, которым так и не посчастливилось стать контрольным мозгом, были обречены на вечное и жалкое существование в цитадели, столетие за столетием восстанавливаясь. Мозг Контроля был совершеннее старых моделей, и все же он был одним из них.
– Ты хочешь сказать, что Мозг Контроля невозможно уничтожить?! – он с трудом говорил, все еще обхватив руками сломанные ребра. О побеге Диб даже не мечтал, оператор незамедлительно расправился бы с ним. – Даже после того, что я уже с ним сделал?
– Верно, ты сильно ослабил его. Я не осуждаю тебя за то, чего ты не знал, никто из вас не мог знать, кроме троих… Тебе они знакомы. Один отдавал приказы, вторая отвечала за твою жизнь, ну а третий — предатель и слуга. «Уничтожить Мозг Контроля», неплохо звучит, да? Намного лучше, чем сказать «разломай его настолько сильно, насколько это возможно». Мозг впоследствии был бы восстановлен, но не сразу. На это ушло бы много времени, за которое вы могли стереть его «личность». Я решил, раз Мозг не может покинуть Ирк, значит он окончательно самоуничтожится вместе с дефектной планетой.
– Что?! Что ты сказал?!!
– Просто поверь мне на слово. Тестовое оружие, улучшенное тобой, а впоследствии и самим Мозгом Контроля, смогло найти выход из ситуации. Нарушенные в нем процессы, замедленные в тысячи раз, спровоцируют нечто колоссально разрушительное. Интересный парадокс – даже сам Мозг не догадывался, что, вернее кого он создал, – оператор разразился смехом, холодным и механическим, без малейшей живой нотки. – И еще… раз теперь я могу закончить начатое, я должен поблагодарить тебя за то, что ты меня не убил, Диб. Из тебя вышел хороший сотрудник.
– Но… – Диб инстинктивно попятился назад, заметив движение оператора, – ты ведь тоже умрешь! Ты как и я на Ирке! Зим, что с тобой сделал Мозг, ты меня вообще слышишь?!!
– Не важно, сколько жертв для этого потребуется. Помнишь эти слова? Оказывается Инженер был чертовски прав.
– Откуда… откуда ты все это знаешь?!
– Просто знаю, – ответил оператор. Стальное щупальце схватило противника за ПАК и подняло вверх.
– Кстати, Диб. Я очень сомневаюсь, что ближайшие планеты будут в целости и сохранности после того, как Ирк будет уничтожен! – заявил тот с нескрываемым злорадством и швырнул Диба в полуразрушенную стену. Раздался тягучий лязг, звон стекла — даже звук в зоне действия волны приобретал медлительные нотки.
