Я бросилась на грудь Ворона, не дожидаясь окончания фразы. Он замер на мгновение, но тут же сжал руки на моих плечах.
Это правда происходит?
«Никаких границ, птенчик?» — он должен это произнести. Яр не разочаровал.
— Все ещё никаких границ, да, птенчик? — негромко спросил он и погладил меня по голове. — Теперь понимаешь, что меня можно не бояться?
— Никаких границ, — пробормотала, с трудом оторвалась от черного мундира и смущённо опустила глаза под внимательным чёрным взглядом. — Понимаю. Верю. Совсем-совсем не боюсь.
Глаза Наяра потеплели.
— Рад. Прогуляешься со мной?
Кивнула. Он бросил взгляд на халат и чуть улыбнулся.
— Ты похожа на пушистое облачко. Извини, что застал врасплох. Не торопись, я дам время, чтобы собраться. Предполагаю, нужно разжечь печь, чтобы подогреть воду, — аккуратно заметил. — Разрешишь мне это сделать?
— Ой, да! Если тебе не сложно… — я попыталась скрыть и эту нечаянную радость.
Мне вообще не нравится разжигать печь.
Он только улыбнулся.
— Идём, покажу, где она, — я повела его вовнутрь. — А ты знаешь, что облака весят несколько тонн…?
— Неужели?
Сложив руки за спиной, Ворон последовал за мной.
Бесшумно ступая мягкими лапами, по замку Скорпиона неслышно кралась черная мантикора. Широкие ноздри попробовали воздух, принюхались, почуяв чужой запах. Создание Хаоса зловеще оскалило тройной ряд зубов.
Ненавистный чужак сидел у печи и сосредоточенно подбрасывал в топку поленья, следя за огнём. Мантикора припала к земле, поднимая скорпионий шипастый хвост…
В-з-з! Ядовитый шип полетел точно в голову незваного гостя.
Тот молниеносно вскинул руку, подхватывая полуметровый шип в нескольких сантиметрах от своего виска.
Мантикора недовольно зарычала. Чужак бросил острый взгляд в ее сторону. Усмехнувшись, Ворон откинул шип во вспыхнувшую топку.
— Сегодня бьешь точнее, чем вчера. Я тоже не в восторге от встреч с тобой, Кора.
Несколько недель до этого: князь Наяр
— Договор заключён, — проговорил Змей.
— С-с-лово нерушимо, — прошипел второй.
Холодный ветер трепал волосы Наяра, пока он чёрной статуей стоял рядом.
На этом по-весеннему скудном клочке земли все кроме князя чувствовали себя неуютно. Присутствие всеведущего добавляло нервозности обеим сторонам.
Зато неудобство компенсировалось итоговой кристальной честностью. Не случалось обмана, подвохов, оговорок, заговоров, капризов; самые сложные переговоры сокращались и упрощались в несколько раз как по-волшебству. Услуги сопровождения всеведущим стоили дорого. Очень дорого.
Всеведущие были высшей степенью иерархии у рода. Даже дом Наяра находился выше остальных именно потому, что не всем дана сила ведать, смотреть, слышать. А ещё не всем дана сила выносить Силу.
За большие возможности приходилось платить немалую цену. Читать мысли означало проникать в самые глубокие тайны, подспудные желания и замыслы, которые редко, слишком редко были чисты. Из-за этого всеведущих с детства учили отгораживаться, отключать чувства, убирать эмоций.
Выбор простой: «Сойди с ума или отстранись».
Наяр умел отстраняться. Но сегодняшние «чтения» стали особенно утомительными. Темные тайны Змеев были словно покрыты зловонной слизью… То, что они хотели, то, что они делали, планировали делать — он узнал всё. У Наяра осталось мерзкое ощущение, что он извалялся в чужой грязи с ног до головы. Он прилетел домой, мечтая только о том, чтобы снять, выкинуть, смыть с себя это и мысленно выругался, издалека приметив гостей.
На площадке у его дома стояли два старых Ворона-вестника. Самое важное передавалось только лично и только мысленно.
«Дело серьезное», — понял он.
Князь внутренне помрачнел. Внешне его лицо осталось невозмутимым.
Они поклонились друг другу.
— Порядка в ваших делах, князь.
— Попутного ветра, вестникам, — склонил голову Наяр.
Вороны вручили вести незамедлительно:
Отдав весть, Вороны поклонились ещё раз и улетели.
«Мирный договор с Драконами? Порядок восстанавливается».
Всё начало меняться к лучшему.
За несколько месяцев без Воронов ящеры поняли, что, обретя контроль с одной стороны, они потеряли его с другой. Без всеведущих Драконы перестали получать достоверную информацию о происходящем внутри и снаружи страны. Они ослабли, не справлялись…
Вороны — знали. Вороны — ждали.
