Наконец машина въехала в улочку, которая никак не соответствовала своей громкой славе. Дайнинг-стрит была настолько узкой, что крыши многоэтажного министерства иностранных дел, стоящего на левой стороне улицы, было практически не видно из окна машины. Однако сложилась в основном улица из одно-двухэтажных кирпичных домов, построенных в семнадцатом веке. Их уже столько раз реставрировали, что стерли какие-либо признаки возраста. Олли остановил машину у подъезда дома номер одиннадцать. Пожилой швейцар, открывший парадную дверь, вежливо поздоровался с Дейзи и проводил ее вверх по лестнице к выкрашенной белой краской двери, ведущей в личные апартаменты министра финансов.
А в это время на другой стороне Уайтхолла, внутри безликого бетонного здания министерства обороны, Эндрю Харвуд, сидя за своим письменным столом, потягивал из бокала виски. Курьер поставил рядом на стол поднос с сандвичами и кофе. У министра было очень напряженное утро – сначала переговоры с немецкой делегацией по поводу обычных вооружений, затем пришлось несколько часов обдумывать тактику министерства в отношении сторонников одностороннего разоружения. Сейчас же мысли Эндрю Харвуда занимали обострившиеся до предела отношения его министерства с министерством промышленности. На сей раз предметом спора стали разногласия по поводу того, отдать ли заказ на поставку оборудования для программы ES7 компании «Стоктон эйр спейс», «Бедфорд хай тек» или же одному американскому предприятию.
Вне всяких сомнений, Рейчел Фишер по праву занимала место министра промышленности. Эндрю часто задавал себе вопрос, не является ли основной причиной часто возникающих разногласий между двумя министерствами личная неприязнь друг друга их руководителей. Сам он вовсе не чувствовал враждебности в отношении Рейчел Фишер. И, возможно, ошибался, считая, что Рейчел его недолюбливает. Может быть, все дело в том, что продвижение по службе Рейчел Фишер в течение ее политической карьеры активно поддерживал «Бастион» во главе с Беном Фронвеллом. Скорее всего именно поэтому, Эндрю постоянно чувствовал, что они с Рейчел Фишер стоят как бы по разные стороны барьера. Должность Эндрю, безусловно, была намного выше поста, занимаемого Рейчел. Более важными, чем министерство обороны, считались только министерство иностранных дел, министерство финансов и министерство внутренних дел.
Эндрю так и не нашел времени для завтрака. Необходимо было прочитать последний отчет о расследовании по делу «Рейдера» с результатами вскрытия тела Джона Джеймсона. В два сорок пять предстояла встреча с председателем правления «Стоктона» и главным конструктором компании.
Ровно в два курьер убрал со стола министра обороны поднос с остывшим кофе и нетронутыми сандвичами.
В два тридцать, когда в кабинет зашли Мартин Тройэр и Остин Бартмор, они увидели, что их начальник, заложив руки на спину, с задумчивым выражением лица меряет шагами кабинет.
Он кивнул Бартмору и направился к синему кожаному дивану.
Остин уселся в кресло под одной из батальных гравюр, а Мартин с блокнотом в руках – на стул.
Эндрю сидел, чуть наклонившись вперед, лицо его было хмурым.
– Вы, конечно, видели результаты вскрытия, Остин. Бедный парень!
Все трое несколько секунд молчали, затем Эндрю задумчиво произнес:
– И как же вы думаете: все три смерти действительно можно считать случайным совпадением?
– Я знаю, господин министр, – начал Остин Бартмор, – что вам никогда не нравился начальник сектора «Ф». Однако до сих пор у нас были все основания считать Чарльза Картрайта хорошим специалистом и доверять его оценкам. Так вот, он целиком согласен со следственной группой в том, что в двух предыдущих случаях можно исключить возможность некоего злого умысла. Конечно, можно поставить вопрос о том, что эти три смерти указывают на явные просчеты компании «Стоктон» в подборе кадров. Но это уже совсем другой вопрос.
До сих пор у нас также не было никаких претензий к компании «Стоктон». Однако теперь из-за загадочных происшествий последних месяцев нам пришлось заморозить программу ES6.
Поэтому сейчас Картрайт рассматривает предложения компании «Бедфордшир хай тек». Эндрю невесело улыбнулся.
– Я тоже думаю, что нам не следует закрывать глаза на возможности компании «Бедфордшир хай тек» только потому, что ее поддерживает моя уважаемая коллега – министр промышленности. Впрочем, вскоре мы услышим лекцию мистера Картрайта по этому поводу. И ведь это удивительно, вообще-то я люблю лекции. Наверное, у нас с Картрайтом не совпадают биополя.
В кабинет зашел дежуривший в тот день секретарь и спросил, обращаясь к Эндрю:
– Господин министр, вы готовы принять мистера Картрайта?
– Угу.
– И еще – несколько минут назад приехали представители «Стоктона».
– Пусть войдут все вместе.
Высокий лысеющий лоб председателя правления «Стоктон эйр спейс» блестел от выступивших на нем от волнения капель пота.
– Вот мы и встретились снова, мистер Мэннинг, – произнес Эндрю, пожимая руку председателю.
– Сожалею, что это происходит при столь трагических обстоятельствах, господин министр.
