– Когда ты можешь встретиться с Картрайтом?
– Надо пригласить его на ланч на этой неделе. У него наверняка не так много приглашений, чтобы отказаться от бесплатного ланча в «Савойе» в обществе главного редактора «Бастиона».
– Джорджу уже пора намекнуть председателю «Бед хай тек», что Нел Харвуд будет отличным членом совета директоров?
– Джордж может начать постепенно внушать ему эту идею, но пост должен быть предложен Нелу не раньше, чем у нас все будет готово. Никогда не думал, что настанет день, когда я буду добывать непыльную работенку для этого чертова гомика. Но в делах политики этот болван – самый наивный человек на свете. Это то, что нам надо.
– Нелегко будет уложиться в срок.
– Что ж, мы всегда это знали.
Закрыв за собой дверь подъезда Рейчел, Бен Фронвелл поглядел на купол Вестминстерского собора на фоне темного неба. Светлые каменные полоски переливались в свете полной луны на фоне красного кирпича. Дойдя до фонаря, Бен взглянул на часы – половина второго.
На углу Викториа-стрит он поймал такси и назвал свой лондонский адрес. Фронвеллы обитали в огромном великолепно обставленном доме в Сент Джеймс-плейс. Сегодня Анджелы не было дома – она обычно оставалась в Сассексе до середины недели. Но когда миссис Фронвелл приезжала в Лондон, она любила развлекаться богато и с шиком. Это была часть заключенной ими сделки.
– А ты рассказываешь Бену о своих похождениях? – спросила подругу Дейзи.
– Иногда, – ответила Анджела.
Накануне вечером Анджела развлекалась, как всегда, дорого и со вкусом. А сегодня заехала на Чейни-стрит, чтобы спокойно пообедать вдвоем с Дейзи. Эндрю обедал сегодня с какими-то лоббистами. Отправляясь утром в министерство, он сказал, что постарается вырваться пораньше, чтобы присоединиться к Анджеле и Дейзи.
Пообедав, Дейзи и Анджела перебрались в спальню, захватив с собой остатки бутылки бургундского. Окна спальни выходили на Чейни-стрит. Здесь было одностороннее движение, и машины проносились на предельных скоростях. Каждый раз, когда Эндрю слышал истошный визг тормозов, он хмурился и говорил Дейзи:
– Можно подумать, что под окнами проходит авторалли. Вот посмотришь, в один прекрасный день здесь произойдет авария.
– У нас с Беном хорошие отношения, – продолжила разговор Анджела. – И я никогда не заговариваю о своих забавах, если знаю, что это может его задеть. С другой стороны, он ведь прекрасно догадывается о том, как я провожу время, и иногда… испытывает какое-то извращенное удовольствие при мысли, что один из мужчин, чьи имена мелькают на первых страницах газет, не прочь поразвлечься с его женушкой, и только он один, Бен Фронвелл, об этом знает.
– Эндрю вряд ли смог бы отнестись так же к моим изменам. Хорошо, что мне не хочется спать ни с кем, кроме него. Иногда я думаю, что это было бы довольно интересно, но когда доходит до дела, желание почему-то пропадает.
– Наверное, ты действительно одна из тех, кого Франсез называет моноэротичными.
Дейзи рассмеялась.
– Я впервые услышала это слово от Франсез, когда пришла работать в «Бастион». Раньше оно нигде мне не встречалось.
Анджела потушила сигарету.
– Ты все-таки положила все яйца в одну корзину, Дейзи. И однажды у этой корзины обязательно оборвутся ручки или отвалится дно. Вам с Эндрю просто повезет, если вы разобьетесь вместе, в одном самолете. А если один из вас останется жив? Не хотелось бы мне испытывать и десятой части той боли, которая достанется на его долю.
– Что ж, я всегда знала, что за эмоциональными взлетами неизбежно следуют падения, – сказала Дейзи. – Но все равно я не хочу жить вполсилы, оставаться ко всему равнодушной.
Подруги замолчали, думая каждая о своем.
Затем Дейзи спросила:
– Бен собирается вечно мстить Эндрю?
– Бог его знает. Но все ведь могло быть и хуже. Вспомни, что он проделал с бедным беспомощным министром здравоохранения. Бен всегда будет завидовать счастливому обеспеченному детству Эндрю. К тому же он наверняка не забыл, как ты отвергла его приставания. По его мнению, дело было только в том, что ты предпочла Эндрю.
– Бен никогда не показывал, что я очень уж сильно ему нравлюсь.
– Он слишком неуверенно держится с женщинами, чтобы решиться за кем-то ухаживать. Но все же он оказал тебе внимание, а ты его отвергла. Бен помнит свои поражения всю жизнь, и, уж конечно, ему проще считать виновником Эндрю, чем предположить, что сам он оказался недостаточно хорош. – Анджела вставила в мундштук очередную сигарету. – К тому же не забывай, у Эндрю помимо отличной карьеры есть еще и идеальный брак. И это тоже не может не раздражать Бена. Даже забавно, если задуматься. Ведь Эндрю был одним из первых бабников Лондона. А теперь вот осел у семейного очага.
Дейзи непроизвольно дотронулась до деревянной крышки стола.
– Всего, о чем я сказала, вполне достаточно для мести Бена. А тут еще Рейчел. Рейчел много значит для его сексуальной жизни, и поэтому связана в сознании Бена с неудачей, которую он потерпел когда-то с тобой, а следовательно – опять же с Эндрю. Вот он и хочет продвинуть Рейчел за счет Эндрю.
