– Не думала, что вы еще и таким страдаете, – язвительно выдохнула я и осознала, что снова могу говорить.
– Я не страдаю, Лавиния. Я наслаждаюсь.
– О, ну здесь вам определенно повезло, – ввернула я. И замолчала уже по собственному желанию.
Наверное, это могло бы быть по-настоящему приятно – такая мысль меня посетила, когда я содрогалась от навязанного мне наслаждения.
Наверное.
Но этого я никогда не узнаю.
– Куда ты? – резко спросил он, когда я рывком освободилась из его рук.
– Подальше от вас. В ванную, – пояснила, когда поняла, что сейчас свалюсь бревном от очередного заклятия.
– Ванная за дверью, – сообщили мне. – Не закрывать.
– Дверь? – поинтересовалась я. – Или ванную?
На самом деле я была близка к истерике, но с любой истерикой можно справиться, когда понимаешь, что рассчитывать не на кого. Кроме себя.
Точно так же я понимала, что дверь Золтера не остановит и сказано это исключительно в воспитательных целях.
Ванная была самой обычной, если можно назвать обычным помещение длиной футов тридцать, с утопленным в пол бассейном вместо ванны. Стоило мне войти, как он наполнился кристально чистой и прозрачной водой, что определенно было необычно. Отсутствие кранов тоже немного выбивалось из «обычности», но я быстро шагнула в воду. Она на удивление оказалась именно такой горячей, как я люблю. Тут уж впору смеяться, что ванная элленари единственная, кто в этом мире считается с моими желаниями. Но, если начать смеяться, это будет самая настоящая истерика, поэтому я окунулась в бассейн по плечи.
Вода окутала мягким покрывалом, согревая, и я прикрыла глаза. Открыла от того, что у меня звенело в ушах и кружилась голова. К саднящей боли внизу живота прибавилось странное тянущее чувство, и когда я посмотрела вниз, увидела, что вода быстро и густо окрашивается кровью.
Наверное, я много глупостей делала в жизни, но эта чуть не стала для меня фатальной. Горячая вода. Матушка мне говорила, что после первой близости нельзя наполнять ванну горячей водой, но говорила она это перед свадьбой с Майклом. Сегодня же мне было не до тех далеких воспоминаний, когда я смущенно улыбалась в ответ на такие откровения.
– Кровотечение я остановил, – произнес Хьерг, глядя почему-то не на меня, а на Золтера, – но в ближайшие дни лучше воздержаться от…
– Сравнений, – сказала я.
– Что? – переспросил целитель, зато брови Золтера сошлись на переносице.
Лично мне было безразлично, что там и где у него сошлось.
– Сравнивать мне было не с чем, – сообщила я, глядя на него. – Но могу сказать, что это было самое отвратительное, что мне довелось испытать.
– Вон.
Последнее относилось к Хьергу, и целитель исчез так быстро, словно в портал шагнул, а не преодолел расстояние до двери, от которой его отделяло шагов сорок.
– Я хочу к себе, – сказала я.
– Ты останешься здесь.
– Если я останусь здесь, вы не проснетесь.
Я сказала это совершенно серьезно, и мне даже не стало страшно.
– Значит, я не буду засыпать.
Я смотрела на него, пытаясь понять, какая странная магия привязала меня к нему. Хотя сейчас мне даже это было безразлично, от потери крови до сих пор кружилась голова и клонило в сон. Правда, сейчас я ясно отдавала себе отчет в том, что рядом с ним не засну. Даже если мне придется постоянно щипать себя за запястье, чтобы не закрывались глаза.
– Вы всерьез считаете, что у нас что-то получится? – спросила я.
Разговаривать с ним мне хотелось меньше всего, но, наверное, разговаривать стоило, потому что замолчать я боялась еще больше. Замолчать, свернуться клубком и утонуть в этом чувстве полного бессилия. Что-то похожее я испытала, когда почти потеряла сознание и соскользнула на дно бассейна, не в этот миг, чуть позже – когда меня рывком выдернули на поверхность и подняли на руки. В спальню меня принес именно Золтер, он же вызвал Хьерга, который почему-то пришел не через портал, а постучал в дверь.
– Разумеется.
Умом я понимала, что в определение «чудовище» он вполне вписывается. В ту минуту, когда он ответил: «Разумеется», – спокойно, глядя мне в глаза, я поняла, что чудовищ до этого еще не встречала.
– Верните Амалию в наш мир.
– Она останется в Аурихэйме.
– Вы дали слово. Ритуал состоялся.
– Я сказал, что она не нужна мне, – произнес он. – И что, если она не нужна тебе, она вернется в мир людей. Но она тебе нужна, твоя суть отрицает то, что ты останешься здесь одна.
И снова ловушка из слов.
Сколько еще раз мне придется в нее попасть, чтобы проверять и взвешивать каждое слово элленари?
Стук в дверь.
Короткое разрешение войти.
– Мой повелитель, – поклонился Ньиаехт. – Правитель Золотого Двора просит об аудиенции.
– Хьерг.
Я увидела сияние портала за дверью, и целитель снова шагнул в комнату.
– Останешься с ней, пока я не вернусь. Здесь. Выходить запрещаю.
А вот у него портал почему-то сработал, и, когда Ньиаехт прикрыл за собой дверь, я посмотрела в глаза целителю.
– Почему вы открыли портал в коридор?
– Покои его аэльвэрства запечатаны личным заклинанием. Войти сюда можно только с его дозволения, и все, что здесь происходит, остается только здесь.
Хорошо, что Льер не слышал меня.
