– Ты – одна из причин, из-за которых я стала такой. И, знаешь, что? Я не хочу больше меняться. Расставание с тобой… оно сделало меня сильнее. Я больше не хочу быть той, которой вечно помыкают и считают кем-то вроде беззащитной принцессы. В некотором роде, именно ты заставлял меня считать себя таковой. Но на самом деле, я совершенно другой человек. И Анджей понимает меня как никто другой. Ты не был способен на это.
– Амелия, я… – попытался было вставить он.
– Ты отпустишь меня, или нет? – прошипела я, ощущая, как внутри зарождается знакомое покалывающее чувство тепла. Глаза привычно запульсировали.
– Амели, малышка, пожалуйста, просто дай мне шанс… Я хочу, чтобы ты поняла…
Мое терпение лопнуло:
– А я хочу, чтобы ты оставил нас в покое. Держи рот на замке. Прошу, если ты еще, хотя бы немного меня любишь, то молчи. Отзови своих ищеек и забудь обо всем. Поверь, тебе не нужно копать дальше… это может обернуться для тебя большими проблемами.
– Ты мне угрожаешь? – прошептал он, а затем провел ладонью по моему лицу. – Не надо. Ты же знаешь, тебе не идет подобный тон. Ты ведь не такая…
Я не ошиблась в Эдуарде. Он говорил ласково и нежно, но на деле от него шла все та же скрытая угроза, что и обычно. Как я и предполагала, он так и не оставил своих попыток меня вернуть. Он осторожно подался вперед, и я мигом поняла, что он собирается сделать.
Когда губы Эдуарда жадно потянулись к моим, я едва заметно взмахнула кончиком указательного пальца. Ноги бывшего мигом подкосились, и он грузно повалился на пол, едва не потянув меня за собой.
– Пока что я прошу тебя по-хорошему, Эдди… Забудь обо всем! Иначе, это может плохо кончиться.
Зеленые глаза Эдуарда расширились. С его губ срывалось тяжелое дыхание. Он пристально смотрел на мои запястья, на которых отчетливо проступили синяки от его пальцев.
– Ты обещал не делать мне больно и вновь нарушил данное обещание. Анджею это не понравится. Эдуард, я повторюсь, не суйся, и тогда никто не пострадает. Ты должен это понять…
Я опустилась на корточки, и, подняв телефон, резко развернулась на носках и направилась обратно к аудитории.
– Амелия!
Я обернулась и смерила распластавшегося на мраморной плитке парня пристальным взглядом.
– У тебя есть неделя на то, чтобы обо всем мне рассказать. А потом… клянусь Богом, я оповещу обо всем всех, кого только можно, и тогда твоему Анджею придет конец. Ты же знаешь, я не люблю, когда игра идет не по моим правилам. Я действительно хочу для тебя только самого лучшего, а этот человек… не имеет никакого права на то, чтобы быть рядом с тобой.
– Что ж, ты выбрал, – холодно прошипела я, а затем, выдержав паузу, добавила: – И не тебе решать, кто должен быть рядом со мной, а кто нет.
С этими словами я ушла прочь. Надо мной снова начинали «сгущаться тучи».
– Как думаешь, с Кейшей все будет в порядке? – спросила меня Ясмин, отпивая из чашки глоток ароматного зеленого чая.
– Я в этом абсолютно уверена, Ясмин. Все будет хорошо. Кажется, она просто заразилась, как и многие другие.
– Мне она понравилась. Необычная девушка.
– Кто бы говорил… – протянула я улыбаясь.
Сразу после окончания лекции Полина вызвала такси, и они вместе с Кейшей отправились домой. Подруга пообещала позвонить сразу же, как только освободится. Я же решила пригласить Ясмин к себе, чтобы потом ей не пришлось добираться до кинотеатра через весь город.
Мама же, в свою очередь, прислала сообщение, в котором уведомляла меня о том, что сегодня придет поздно, а это означало, что квартира была в нашем полном распоряжении. Возможность пообщаться с Ясмин без «посторонних глаз» однозначно радовала.
– Тебе никому не нужно сообщить о том, куда ты собираешься?
– Есть кое-кто, но я уже и так предупредила. Думаю, она не будет возражать…
Я вскинула бровью:
– «Она»?
Ясмин ослепительно улыбнулась, наблюдая за тем, как по моей физиономии расплываются красные пятна.
– Прости, обычно вопросы такого рода задает Полина. Не хотела лезть не в свое дело…
Ливанка снова улыбнулась и весело протянула:
– У тебя был такой испуганный вид, когда я ответила…
Она завела за ухо густую волнистую прядь.
– Просто, я живу с одной подругой. Но, это совершенно не то, о чем ты подумала! Когда-нибудь я обязательно вас познакомлю. Когда будет… более подходящее время.
– Я буду только рада, – протянула я в ответ, не совсем понимая, что именно Ясмин имела в виду под понятием «более подходящее время».
Включив электрический камин, я опустилась на диван и взяла со стеклянной поверхности журнального столика один их пультов.
– У тебя уютно, – заявила подруга, оглядываясь по сторонам. – Чем занимаются твои родители?
– Как я уже и говорила, мама – фотограф в своем собственном журнале, а папа – инженер-строитель. Честно говоря, их довольно часто не бывает дома, – протянула я с грустью в голосе.
Ясмин смерила меня пристальным взглядом, а затем сделала еще один глоток ароматного напитка.
– Кажется, ты очень сильно их любишь.
– А почему я, собственно, не должна их любить? – произнесла я, включая телевизор, а затем и приставку. – Они дали мне все, что только возможно.
