Заклятие короля полностью

Теперь она поняла, что он спас ее от пожизненного клей­ма их семьи — змеи, которая охватывала его череп. Она за­должала ему такое количество извинений... И у нее не будет шанса попросить прощения, если она выдаст сейчас свои ис­тинные чувства.

— Лето. — Голос Старика шуршал, как сухие листья. — Ты не вышел из Клетки как чемпион.

— Простите, сэр.

— Никаких извинений. — Его кривая улыбка напомнила Нинн о гримасе проклятого доктора, который родился с та­ким же маниакальным расстройством. — Тишина и Харк от­лично выступили, как и вы двое. Моя семья сегодня зарабо­тала состояние.

Пара Сат была невыносима с их способностью делать ни­чего не выражающие лица. Даже Харк, этот ухмыляющийся ублюдок, сейчас не выдавал ни тени эмоций. Планы, провер­ки, слабые звенья. Тигони были не единственными Триксте­рами Пяти кланов.

А Нинн все еще не хватало информации, чтобы их догнать.

Старик улыбнулся и тяжело оперся на свою трость.

— Ваше выступление было предельно интересно. Я очень доволен.

— Я рад это слышать, сэр, — ответил Лето. В голосе звучало равное количество покорности и гордости, как и следовало.

— А ты, Нинн из клана Тигони? Что чувствуешь ты?

— Рада, что смогла выполнить свой долг перед вашей се­мьей, — она не смогла заставить себя сказать «сэр». Это об­ращение было их с Лето маленькой шуткой, она уважитель­но обращалась к нему только когда дразнила.

— Хорошо, хорошо. — Старик подозвал сына, приглашая его присоединиться к разговору. — Ты сберег свою напарни­цу на протяжении трех матчей. Незаурядное достижение в процессе тренировок настолько упрямого создания.

Нинн вспомнила недавнее прошлое — благой Дракон, сколько воспоминаний к ней вернулось — время, когда Лето получил бы истинное удовольствие от такой похвалы. Она не решилась взглянуть на него сейчас, чтобы оценить выраже­ние его лица и возможность прежней реакции.

Доверять. Ох, Дракон подери. Просто... верить.

— Ты не только выжила, Нинн, ты смогла овладеть своим природным даром. Я знал, что ты станешь чем-то особен­ным. Твой вклад в успех сегодняшнего представления не ме­нее значим. — Он развел руками. — И хотя технически ты не победила, я даю тебе право на выбор награды.

Она скорее почувствовала, чем увидела, как напрягается доктор Астер. Он изучал ее дольше года. Он знал ее слабости лучше, чем она сама знала себя. Но то были слабости дале­кой, измученной горем женщины по имени Одри. И доктор- садист понятия не имел, в кого она превратилась теперь.

Долгая игра, сказал ей Лето.

Отбросить просьбу об освобождении Джека было почти что просто, хотя и далось не без боли. Она знала, что следу­ет делать — продолжать прятаться, — и знала, что не откло­нится от цели. Она никогда бы не отказалась от него ради мимолетного эгоистичного желания, но сейчас она могла озвучить это желание, потому что у нее не было выбора.

— Я не одержала настоящей победы, — сказала она, наме­ренно повторяя его слова. — Но я прошу награды, которую предлагают лишь победившему воину. Я хочу партнера на эту ночь. Я прошу разрешения разделить с Лето постель.

И Лето снова напрягся. Она была настроена на него, как ра­дар, и чувствовала каждый вздох. Любой, обладающий остро­той его чувств, смог бы читать их обоих, как свежую газету. Люди, которые стояли напротив, были чудовищами в непри­метных серых костюмах, но они оставались простыми людьми.

Однако Пэт...

Цепляясь руками за предплечье доктора, она издала звук, подходящий скорее кошке, чем человеку. Удовольствие? Пони­мание? Нинн не думала, что звук относился к ее решению вы­брать Лето, а не другого воина. Но странная женщина смотре­ла на нее с выражением разделенной с ней тайной победы.

Бледная, утонченная, вполне возможно — безумная, Пэт все же была Королем Дракона. Если раньше Нинн еще сомневалась в этом, то сейчас узнала наверняка. Но из какого она клана? Ка­кими силами она обладает?

— Разрешение дано, — ответил Старик. — Рад видеть, что Клетки пробудили животную часть Тигони. Никто подобного не ожидал, но мне нравится видеть поверженное высокомерие.

Он посмотрел на Лето. С тем же успехом он мог пытаться увидеть признаки жизни в граните.

— А теперь, Лето, настало время выполнить данное мной обещание. Пэлл больше не будет обузой для Йеты и ее молодой семьи. Тебе больше не нужно беспокоиться за ее будущее. Мой сын становится ее ответственным опекуном. Остаток своих дней она проведет в безопасности его личной резиденции.

— Его личной резиденции, сэр?

— Да, мой чемпион. — Отвратительный хитрый блеск по­явился в похожих взглядах отца и сына. — Мой сын никогда не любил уходить далеко от работы. Он живет в лаборатори­ях. И там же будет жить и Пэлл.

Лето нужна была нежность Нинн. Он хотел этой нежности. Знал, что от нее зависит его рассудок.