И вдруг невыносимо ярко сверкнуло лезвие. Девушка ощутила мощный рывок и вылетела на поверхность, к солнечным лучам и живительному воздуху. Перед глазами у нее все помрачилось.
Придя в себя, Имриен поняла, что лежит на суше. Рядом корчился на песке и взахлеб кашлял Диармид.
Торн вытирал насухо клинок, встав на одно колено. С одежды и темных, как ночь, волос дайнаннца лило в три ручья.
К счастью, рассудок друзей не пострадал в этом испытании. Лишь кровоподтеки на запястьях — следы прелестных пальчиков — да еще тонкие рубцы на шеях болезненно напоминали о пережитом.
— Какой же я болван! — бранил себя Диармид.
— Фидеаль очень могущественна, — возразил Торн.
Так это была сама Фидеаль! Легендарная озерная дева, потопившая множество мужчин, испокон веков не имела себе равных в кровожадности.
— И все равно я должен был знать! — корил себя эрт. — Понимаете, когда я впервые увидел ее там, у воды… Она расчесывала свои роскошные волосы, и каждый локон блестел в свете луны. Я ушел, но не мог забыть…
— А теперь — забудь, — отрезал дайнаннец.
Диармид бросил на друга взгляд, исполненный восхищения, недоумения — и страха.
— Сэр Длинный Лук, убить подобную тварь
— А я и не убивал, — пожал плечами Торн.
— Как?! — Эрт аж подскочил на месте.
— Травы тащили вас в пучину. Я перерезал их, вот и все. Фидеаль невредима, хотя водоросли принадлежат ей, как и она им. Злодейка долго еще будет терзать путников, забредших в Мирринор… если не вздумает покинуть эти края. Полагаю, Северный Зов достигнет и ее, рано или поздно.
Еще пять дней «Попрыгунчик» рассекал воды Мирринора. Странные видения и звуки без конца преследовали путешественников, однако сильно не тревожили. Но вот и дальний берег. Укрыв верную лодочку в диких яблонях и осоке, троица сошла на болотистую землю. На ковре ядовито-зеленого дерна кое-где горели желтым огнем скромные цветочки. Впереди, на западе вереница холмов заворачивала в южную сторону, сходя к северу на нет. Нежная вуаль дымки подернула небо над Мирринором до самого окоема. Сорвался и пробежал босиком по траве шаловливый бриз.
— Граница Мирринора, — сказал Торн. — Начиная отсюда, дорога пойдет вверх. Еще через день пути мы будем в Дон-Дел-Динг, а там рукой подать до ворот Каэрмелора.
Имя Королевского города отозвалось в ушах Имриен погребальным звоном колокола. Верный слуга Короля-Императора, рыцарь Герцога Роксбургского вскоре уйдет от нее по зову долга — а как же иначе? Каэрмелор с полным правом заберет из жизни краски, свет, чувства… Не важно, что будет потом: как только путешествие окончится, душа девушки станет выжженной пустыней, по чьим пескам алчные ветра вечно перекатывают колкую солому воспоминаний.
Проклятие Подземных Тварей
Длинная извилистая тропинка вывела путников из болотистой местности к подножию холма и затерялась в чахлом орешнике на его склонах. Темным пятнышком, отчетливо заметным сквозь редкую листву, кружил в небесах Эррантри; ястреб никогда не улетал слишком далеко от людей. Земля под ногами становилась все жестче и каменистее.
С вершины друзьям открылся ограниченный кривыми стволами пейзаж горных складок и бесплодных долин, усеянных валунами, что живо напоминали скорчившихся чудовищ, и непонятными строениями, которые имели вид указывающих в небо пальцев — некогда, возможно, это были башни. Розовато-голубое марево окутывало мрачноватые серые камни особым романтическим ореолом. Одна гора выделялась высотой среди прочих. Ее крутой пик торчал вверх сломанным зубом дракона.
— Скала Небесных Громов и знаменитый Опаленный Кряж, — произнес дайнаннец. — Когда над головой собираются тучи, это место лучше обходить за мили.
Путники задержались на вершине, чтобы набрать твердых, словно галька, грецких орехов, что просыпались на землю из бархатных зеленых сумочек на ветвях деревьев.
— Эй, а это откуда? — воскликнул эрт, разглядывая свои перепачканные коричневым соком пальцы.
— Ты, кажется, лазил по зеленым мешочкам? — спросил Торн. — Краска, которую из них получают, считается одной из самых стойких.
В последнем Диармид убедился, когда попытался отмыть руки в источнике на склоне холма.
— Я слышал, — обратился эрт к дайнаннцу, — что люди совсем не добывают здесь руду, разве что на самом западе. Дон-Дел-Динг вроде бы полностью необитаем. А между тем, говорят, он весь изрезан галереями пещер.
— Правильно говорят, — кивнул Торн.
— И еще я слышал, будто в подземных туннелях рыщет всякая нежить. Может, вернемся на дорогу?
