Заклятые враги полностью

– Здорово, – вяло отреагировала Нова, даже не пытаясь изобразить энтузиазм. Все здесь пропиталось запахами туннеля, и ей совсем не понравилось это напоминание после нескольких месяцев жизни наверху. Правда, в тот день она лишилась кое-каких вещей, которые хотела бы вернуть, но, несмотря на это, приходилось признать: то, что с подземной тюрьмой пришлось расстаться, ее совершенно не огорчало.

Жаль было оставлять там Аса, это верно, но не жаль, что та жизнь теперь позади.

– Я недавно покопался в документах Анархистов, – продолжал Адриан. За шатром он обнаружил игрушечную пластиковую кухню и теперь открывал заплесневелые шкафчики. – Ты знала, что отец Уинстона Прэтта был мастером-игрушечником?

Нова удивленно посмотрела на его затылок.

– Нет, – ответила она и не соврала. Она мало что знала об Уинстоне и о том, кем он был, пока не стал Кукловодом.

– Не знаю наверняка, но что-то мне подсказывает, что кукла, которую он просил, сделана его отцом. Это объясняет его привязанность к игрушке, да?

Нова не отозвалась. За одной из полок она заметила задвинутый туда письменный стол.

Ее стол.

– Правда, мне так и не удалось разузнать ничего конкретного о его родителях, – говорил Адриан. – Или о родителях Фобии. Собственно, о Фобии я не смог узнать вообще ничего.

Чтобы подойти к столу, Нова отодвинула в сторону напольную вешалку на колесиках, тоже с платьями Хани.

– Странно, – без особого интереса бросила она, хотя и сама тоже ничего не знала о Фобии. Да ей не очень-то и хотелось копаться в его прошлом – ведь из-за жутковатой суперспособности его жизнь была неразрывно связана с самыми зловещими человеческими страхами. Правда, Нова знала, что было время, когда Фобия выглядел… скажем, более или менее нормальным. Возможно, тогда под его плащом скрывался обычный парень – молчаливый и замкнутый, со специфическим чувством юмора и тонким умом.

Кем он был раньше? И как стал таким?

Если когда-нибудь Фобия и делился своими тайнами, она об этом ничего не знала.

– Зато по Хани Харпер материала хоть отбавляй, – раздался у нее за спиной насмешливый голос Адриана. Нова оглянулась. Он копался в картонной коробке с простой подписью: ФАСТФУД. – Она росла на ферме, примерно в пятидесяти милях к югу отсюда. Утверждает, что в возрасте двенадцати лет она наступила на гнездо шершней. Укусов было столько, что у нее развился анафилактический шок, и она потеряла сознание. А когда пришла в себя через несколько часов, то увидела, что отекла, раздулась, как воздушный шарик.

– Подожди – это она сказала? – спросила Нова.

– Ага. Она дала интервью газете после начала революции Анархистов.

Нова недоверчиво нахмурилась. Трудно было представить, чтобы Хани призналась кому-то, что ее раздуло, как шарик.

– Но, – продолжал Адриан, – она выжила, это понятно, и обнаружила у себя под каблуком раздавленную матку шершней. После этого весь рой стал подчиняться ей. – Он поднял глаза на Нову. – Вот это, скажу я тебе, реально крутая история появления способностей.

– Почему эти истории всегда так трагичны? – прошептала Нова. Она добралась до стола и выдвинула верхний ящик. Сердце едва не выскочило из груди. Набор отверток поприветствовал ее, раскатившись внутри. Ее самые первые инструменты, Ас раздобыл их где-то, когда ей было всего четыре года. Нова нежно погладила ручку одной из отверток, она только сейчас осознала, как тосковала по ним.

– История Цианида тоже печальна, – откликнулся Адриан.

Нова прикусила губу. Историю Цианида она слышала от него самого. В старших классах одноклассники травили его и однажды загнали в химическую лабораторию. Парни сначала накинулись на него с кулаками, а потом, совсем одурев, принялись поливать химикатами, какие попались под руку, в том числе и кислотами.

Хотя Лерой, когда рассказывал об этом, любил перескакивать сразу к тому моменту, когда в туалете он зажал в угол одного из хулиганов и позаботился о том, чтобы лицо обидчика покрыли еще более безобразные шрамы, чем у него самого. Нова помнила, как Лерой смеялся при этом, но сама она не видела тут ничего веселого – ни для одного из них.

– Иногда, – задумчиво сказал Адриан, – мне кажется непостижимым, что кто-то вообще мог примкнуть к Асу Анархии. Зачем кому-то делать все эти ужасные вещи – а ведь Анархисты их делали!

Нова стиснула зубы.

– Но когда слышишь такие истории и… даже не знаю. Вроде они хоть как-то объясняют, как и почему это могло случиться, понимаешь?

Зажав в кулаке отвертки, Нова скосила глаза на Адриана и, убедившись, что он поглощен своим занятием, сунула их в кармашек на ремне.

– Нашел что-нибудь?

– Куклы нет, но… знаешь, что вот это такое? – Адриан держал в руках обувную коробку, полную зубчатых металлических дисков.

Глаза Новы расширились.

Адриан не стал дожидаться ее ответа.