Мой отец рассмеялся, и я не могла вспомнить, когда еще чувствовала себя такой маленькой и глупой. Одно дело слышать подобную чушь от ревнивой девчонки или парня вроде Тодда Лестара, но слышать это от собственного отца было более чем неприятно и обидно.
— Он хороший человек.
Я наполовину желала, чтобы Джеймс появился рядом со мной и выступил против отца вместе, но знала, что это только приведет к еще большему хаосу. Это было то, что я должна была сделать сама. К тому же, бедняга, наверное, сейчас раскачивается в углу моего шкафа, недоумевая, как он вообще ввязался в эту историю. Джеймс после такого убежит и не оглянется, и я его не виню.
— Все, что делает этот парень, он делает ради собственной выгоды.
— Почему ты так говоришь? Ты его даже не знаешь.
Я опустилась на диван, мои чувства разбегались во все стороны. В голове крутились такие слова, как "предательство" и "нелояльность", а сердце билось с точностью до наоборот, счастливое от того, что я наконец-то поддалась ему.
— И после одного ужина ты думаешь, что так и есть? Руссо лгут и манипулируют, чтобы получить то, что они хотят. Это еще не работало в их пользу, и будь я проклят, если это сработает в мою смену!
— Что Джеймс может хотеть от меня? — спросила я сквозь удивление.
— Наши лозы, — прорычал в ответ мой отец.
Я отказывалась так легко принимать его мнение. Не в этот раз.
— У него есть свои.
— Ты знаешь, что лозы с южной стороны отличаются. Их ни у кого нет. Они пытались украсть их годами. Не могу представить, что они остановятся сейчас.
— Папа.
— Еще раз увидишься с ним, и ты уйдешь отсюда, — его лицо ожесточилось. — Не испытывай меня, Джулия.
Он вышел из моего крошечного бунгало и захлопнул за собой дверь, отчего картины на стенах задрожали. Я опустилась на подушки дивана и положила голову на руки.
— Ну, это было весело, — голос Джеймса напугал меня до смерти, и я подскочила, мои нервы были совершенно расшатаны. Он выглянул в одно из крошечных окошек, прежде чем повернуть замок на двери. — Ты не шутила, — он сел рядом со мной на диван, обхватил мои плечи и притянул меня к себе, — ненависть довольно глубока.
— Как много ты слышал?
— Почти уверен, что слышал каждое слово, — он поцеловал меня в макушку. — Мне понравились только те части, где он говорил о том, что ты влюблена в меня. Остальное было ужасно.
Я заставила себя улыбнуться, прежде чем повернуться к нему лицом.
— Я не влюблена в тебя, — притворно возразила я, но это было бесполезно, особенно после прошлой ночи.
— Ну, а я точно в тебя влюблен, — сказал он без унции стыда, и я пожалела, что у меня нет его храбрости. — Итак, как мы собираемся это исправить? — спросил он.
Я бросила на него растерянный взгляд.
— Что ты имеешь в виду? — исправлять было нечего.
— Джулия, — он схватил мою руку и сжал ее, — я хочу быть с тобой. Прошлая ночь была невероятной. Ты действительно можешь отказаться от того, что мы начали?
— Ты слышал, что сказал мой отец, — мои глаза начали слезиться, последнее, что я хотела делать, это плакать перед Джеймсом.
— Мы заставим его передумать, — он говорил так уверенно, как будто то, что он предложил, было самым простым решением в мире. — Мы заставим его увидеть, как мы счастливы и что я не пытаюсь тебя ни в чем обмануть.
— Мы не сможем, — сказала я, зная, что мой отец не будет слушать ничего из того, что скажет Руссо.
— Мы сможем.
— Он не будет слушать.
Мой отец не был сострадающим или понимающим человеком.
— Мы еще даже не пытались, — сказал он, его тон был разумным и логичным — еще два качества, которых не хватало моему отцу.
— Это просто… — я подавилась своими словами, мыслями и эмоциями, когда он встал с дивана, похожий на рыцаря в сияющих доспехах. — Все это происходит слишком быстро, — солгала я.
— Слишком быстро? — Джеймс закатил глаза. — Я был влюблен в тебя с самого детства. Нет ничего медленнее, чем история о нас.
— Мне жаль, — я встала и начала вышагивать, — но ты должен уйти, — затем я начала волноваться. — Но сделай так, чтобы тебя никто не увидел. Ты сможешь это сделать?
Он опустил голову, и доспехи моего рыцаря выглядели потускневшими и разбитыми.
— Я не хочу потерять тебя.
— Это была одна ночь, Джеймс. У тебя никогда не было меня.
Мои слова были резкими и горькими. Я ненавидела себя за эту ложь, но это был единственный способ заставить его уйти, а мне это было необходимо.
Пока мой план срабатывал, я смотрела, как он уходит, задаваясь вопросом, что, черт возьми, я только что сделала, а сердце ругало меня с каждым ударом в груди.
Глава 8
СЕРДЦЕЕД
Если я думал, что Джулия Ла Белла не сможет снова разбить мое сердце, то я жестоко ошибался. Мне казалось, что я слышал, как оно раскололось пополам от ее слов. Я чертовски остро почувствовал это, когда вышел из ее двери и пробрался в дальнюю часть виноградника, где, надеюсь, меня никто не увидит. Но, если честно, часть меня хотела, чтобы меня поймали.
Я столкнулся с мамой, как только открыл нашу входную дверь.
— О, Джеймс, ты только что пришел? — она оглядела меня с ног до головы.
— Я просто был в сарае, — сказал я, проходя мимо нее.
