Шэйран отступил - отскочил даже скорее в сторону, и на пальцах наконец-то вспыхнул короткий огонёк неосознанного пламени, призванного выполнять вполне логичные цели - защищать своего владельца.
Следующий удар оказался для него неожиданным - интуитивная защита уже не сработала, и Дарнаэл не потрудился остановить шпагу - рана на груди была неглубокой, но кровоточила довольно сильно.
Шэйран лишь опустил на мгновение взгляд, будто бы проверяя, действительно ли он ещё жив - а после Дар ощутил, как сильно чем-то неведомым обожгло пальцы.
Шпага лужицей стекла к его ногам.
Рэй тяжело дышал - последнее заклинание он, разумеется, не знал, и магия вновь сработала хаотично, забирая сил больше, чем следовало.
Дарнаэлу хотелось сказать, что, будь Шэйран всего лишь обыкновенным волшебником низшего уровня, то он сейчас бы просто рухнул без сил - не все высшие решались влиять непосредственно на материю, а оплавить металл изнутри куда труднее, чем сделать это с помощью внешнего огня, - но не успел. За спиной раздалось вполне знакомое короткое покашливание - эльфийка, только у них это удаётся до такой степени элегантно.
- Почему я не удивлена? - протянула незнакомка. - Ведь вы, мужчины, только лишь бы броситься в бой. Неужели непонятно, что силу надо развивать постепенно, а не этими резкими безумными рывками? Но кому я рассказываю, впрочем, только испортили хорошую шпагу…
Её мягкий, звенящий смех уже почти не оставил никаких сомнений, но Дар всё никак не мог вынудить себя обернуться.
- Сэя? - Шэйран непроизвольно зажал рану ладонью. - Что ты тут делаешь? И почему…
- Почему у неё острые уши? - Дарнаэл даже не посмотрел на женщину. - Потому что это не Сэя. И, Рэй, не позорься, заживляй свою рану, не хватало ещё только слечь от потери крови.
========== Глава пятьдесят седьмая ==========
Моника ещё никогда не видела, чтобы вокруг настолько сильно бушевали чары. Разумеется, она и впервые в своей жизни оказалась действительно в горячей точке - но тут волшебство не просто пылало или сияло. Нет, оно будто бы окончательно вырвалось из-под контроля и отчаянно жаждало сжечь всё живое, до чего только могло дотянуться своими грязными, противными лапами.
Никогда не думала Лэгаррэ, что волшебство могло вызывать у неё отвращение. Ведь магия была чем-то до такой степени прекрасным, идеальным, правильным - она любила свою силу, она обожала пользоваться ею и мечтала когда-то дойти до уровня Высшей! Но сейчас чары оказались не просто свободными и необузданными, нет, они ещё и практически окончательно потеряли свой собственный смысл. Магия должна приносить какую-то пользую - а не метаться со стороны в сторону.
…Веяло холодом. Казалось, стоило только переступить какую-то тоненькую черту, как они оказывались в пелене зимы. Ещё мгновение назад тёплый летний воздух касался плеч, осторожно обнимал молодых ведьм, будто бы их оберегая, а что теперь? Это была лишь дикая, необузданная стихия, которую никто в здравом уме и не попытается остановить.
Она бросила взгляд на Мизель, и блондинка лишь отрицательно покачала головой. Кредэуа могла быть сколько угодно странной и нарушать все правила их государства, но в этом плане ей Моника действительно доверяла.
- Может быть, - предположила Реза, - если мы попытаемся тут всё отогреть, то добьёмся хоть какого-то успеха?
- Нет, - отозвалась Моника. - Это невозможно.
- Но почему?
Мизель только коротко хохотнула. Ятли была не самой старательной ученицей Вархвской академии, соответственно, и знать многое она не могла. Проспав лекцию по магическим ограничителям и чёрным дырам, она понятия не имела, что подобное явление скорее затянет их всех троих за черту, чем позволит себя ликвидировать.
- Потому что сил слишком много уйдёт, - сухо промолвила Лэгаррэ. - Надо искать, где-то тут есть врата, которые позволят нам пройти к Источнику.
- Может, по ту сторону черты?
Это казалось логичным. Моника была почти что уверена, что эпицентр совсем-совсем близко - и притронулась к на вид такой цельной границе.
Ладонь проходила совершенно свободно, будто бы граница - лишь зрительная иллюзия, и Мон неуверенно улыбнулась, шагнув вперёд. Казалось, перед нею черта становилась прозрачной, пропускала на свободу - по ту сторону гремела всё та же странная буря, но Моника знала, что способна пройти сквозь неё.
- Тут всё так же! - отозвалась она, не решившись до конца пересечь черту и вернувшись обратно. - Я не знаю, так ли с другой стороны, но…
Реза даже не дождалась продолжения рассказа своей сокурсницы. Она упрямо рванулась вперёд, будто бы тот же снежный вихрь, мгновение назад рассыпавший и собравший границу из мелких кусочков вновь, руки даже не протянула, заметив, как легко проходила сквозь стену Моника…
И ударилась лицом в преграду, чуть округлую - будто бы куполом без вершины окутывая Эрроканскую границу.
Она отшатнулась, потирая нос, и возмущённо уставилась на Лэгаррэ. Мон хотелось смеяться - столь обвиняющий взгляд она, разумеется, ни на минутку не заслужила, но Реза всегда была такой.
- Я не могу! - возмутилась она. - Это ты тут ходишь туда-сюда, а я не могу!
