– Конечно, – ответил тот и повел Нью в вестибюль.
Прежде чем она вышла из отеля, Грей взял ее за руку. Нья позволила ему это, но отвернулась, когда он попытался ее поцеловать.
– Прости, – прошептала она, удерживая его руку, – я пока не могу.
– Я понимаю.
– Что ты будешь делать?
– Пока не знаю, – ответил он.
– Ты еще побудешь в Хараре?
– Да.
– Мне бы этого хотелось.
Каждый из них погрузился в молчание другого, пока единственная слеза не скатилась по щеке Ньи. Грей нежно вытер ее пальцем. Нья съежилась, но позволила ему это сделать. Он спросил:
– Собираешься вернуться на работу?
– Пока нет.
– Похоже, у нас обоих образовалось свободное время.
Нья слабо улыбнулась.
– Не желаешь завтра зайти на чай?
– С удовольствием.
Грей проводил ее до такси. Сначала он предлагал отвезти ее, но девушка отказалась, и эта гордость в сочетании с отвагой разбила ему сердце. Он смотрел, как автомобиль пропал в потоке других машин. Несмотря на отстраненность Ньи, она по-прежнему была ему ближе всех на свете.
Виктор сцепил перед собой руки.
– Интерпол и другие правоохранительные организации иногда обращаются ко мне за помощью. И в последние годы это происходит всё чаще. Но, к сожалению, я нередко вынужден отказывать.
Грей думал о Нье, но многозначительный тон Виктора заставил его вернуться в реальность. Профессор прищурился:
– Мне хотелось бы реже отклонять такие просьбы. Но для этого нужен помощник.
– Ты что, предлагаешь мне работу?
– Я своими глазами видел, на что ты способен. Твои навыки и опыт жизни в разных странах будут очень полезны. Ну и, – добавил он тише, – твоя храбрость вопросов не вызывает.
– Мы говорим о полной занятости? – поинтересовался Грей.
– Разумеется.
– И ты можешь позволить себе платить мне нормальные деньги?
– Твоя зарплата по сравнению с госслужбой удвоится.
Грею оставалось только раскрыть рот. Виктор расцепил руки.
– Можешь думать над моим предложением, сколько тебе нужно.
– Я согласен.
Виктор улыбнулся.
– Не знаю, что еще сказать, – добавил Грей, – кроме как «спасибо». Не думаю, что меня будут умолять вернуться на государственную службу.
– Придется выполнять задания в разных странах по всему миру. Я так понимаю, что тебя с твоей биографией путешествия не пугают?
Грей посмотрел в окно, в ту сторону, куда только что уехала Нья.
– Можно устроить так, чтобы моя база была здесь?
– Конечно. Работа требует выездов, а не кочевого образа жизни. – Виктор протянул Грею руку, тот пожал ее. – А теперь прости, но мне бы поспать немножко.
Грей открыл дверь, но задержался на пороге.
– Профессор, меня кое-что терзает.
– Говори.
– То, что случилось у меня с Н’ангой…
– Я не понимаю, о чем ты.
– Я слышал твои объяснения. Но… – Грей сперва отвел взгляд, потом снова посмотрел на Виктора, – я не смог сразу пересечь черту. А меня никто наркотиками не накачивал.
– Разве ты не понимаешь? Он загипнотизировал и тебя тоже. Ты
– Но когда я сидел в яме, – хрипло проговорил Грей, – то чувствовал, что вместе со мной там кто-то есть. Я понимаю, о чем ты сейчас говорил, но это было нечто большее. Я чувствовал, как что-то давит на меня, теснит мне грудь. Думаю, если бы мальчик не подоспел вовремя… я бы, наверное, умер.
– Грей, страх может вывести человека из строя. Может даже убить его. Ты так сильно поверил в силу Н’анги, что страх взял над тобой верх. Ты как будто выпал из самолета, но кто-то открыл твой парашют прежде, чем ты погиб.
Н’анга был мертв, но Грей по-прежнему чувствовал себя незащищенным, как будто в его обороне проделали дыру, которую не залатать никакими тренировками.
– Но все же, когда он провел линию кровью в тоннеле, откуда он знал, что я не смогу за нее пройти?
– В этом – источник его силы. Возможность, что джуджу может на тебя не подействовать, ему даже в голову не приходила. Вера Н’анги заставляет его жертвы усомниться в себе и, следовательно, тоже уверовать. Твоя реальность становится такой, какой ты ее создаешь. Дети верят, что в шкафу сидят чудовища, и для них так оно и есть. Когда взрослым представляют такие убедительные доказательства, они становятся как дети. Человечество едва-едва исследовало поверхность способностей разума. Но некоторые копают глубже остальных.
Грей подошел к окну.
– Когда мы только начинали расследование, ты как-то сказал одну вещь. Ты сказал, что для джуджу и способностей бабалаво может быть еще одно объяснение: они реальны.
Краем глаза Грей увидел, как Виктор сделал большой глоток из своего бокала, а на его лице появилось странное выражение. Американец не знал, что оно означает; может быть, мысли профессора вообще блуждали в каких-то иных областях. Как бы то ни было, это выражение исчезло так же быстро, как появилось.
