Тара вдруг прищурилась, оглядывая меня с пристальным интересом.
— Кажется в тебе что-то изменилось, маг, ты как будто стал немного другим, — задумчиво протянула она.
Любопытно. Рыжая воительница с ходу заметила то, что я понял о себе только недавно. Острый глаз. Или скорее привычка подмечать даже малейшие детали. Для предводителя отряда наемников это важно, пусть даже в него входит всего пару десятков бойцов.
— Когда приехали? — осведомился я нейтральным тоном и сделал знак пробегающей мимо служанке: — Еще кувшин вина и что-нибудь из легкой закуски пока готовят основное блюдо.
Девица понятливо закивала, не забыла растянуть пухлые губки в кокетливой улыбке, и быстро унеслась дальше, виляя бедрами, ловко лавируя между столами, избегая загребущих мужских рук, только и ждущих схватить и потискать податливое женское тело под заливистый радостный смех.
Тара проводила служанку мрачным взглядом и буркнула:
— Корова толстозадая.
Я мысленно улыбнулся. Женщина остается женщиной, даже если командует вооруженными до зубов матерыми головорезами.
— Когда вы приехали в город? — быстро повторил я, торопясь сбить с мысли воительницу, явно нацелившуюся на скандал. По мнению рыжей трактирные девки вели себя чересчур вызывающе, им следовало не крутить перед посетителя задом и не вываливать сиськи из глубоких вырезов при наклоне, а молча таскать вино.
Воительница вновь уставилась на меня.
— Что? Когда приехали? Вчера вечером, встали на постой и с тех пор отдыхаем.
Это было видно. Я хмыкнул. И вновь про себя. Настроение у рыжей было паршивым, не хотелось усугублять.
— Добрались до побережья? — спросил я, чтобы поддержать разговор.
Воительница на секунду задумалась, мрачно кивнула.
— Добрались. Недели две назад еще, — и замолкла, угрюмо уставившись в опустевший кубок. Пришлось тянуться к кувшину. Тягучая бордовая струя хлынула в кубок, под сдержанное одобрение валькирии.
— Неудачно? — понятия не имел зачем наемники так торопились попасть в те края, но похоже что-то у них пошло не по плану.
— А-а, в бездну, — она махнула рукой, помедлила и быстро объяснила: — Хотя теперь это уже неважно можно рассказать. Нас наняли доставить кое-кому письмо, пообещали за это огромную кучу золота.
Я нахмурился. Письмо? Странно, думал что-то более важное. С другой стороны, письма тоже могут иметь значение, смотря кем и что написано, а также кому отправлено. Из-за некоторых перехваченных посланий начинались целые войны.
— И что? Довезли?
Голова валькирии резко мотнулась вперед.
— Довезли.
Тогда откуда мрачность?
— Не заплатили? — продолжал расспросы я.
Снова кивок и такой же резкий.
— Заплатили. Все до последнего обещано медяка.
Теперь уже я ничего не понимал.
— Тогда почему такая хмурая? И если уж на то пошло, зачем так гнать из-за кого-то письма? Помнится, вы очень спешили.
Тара вновь отмахнулась.
— Было условие, чтобы послание дошло до первых серьезных снегопадов, когда дороги будут перекрыты и сообщение с побережьем будет перерезано. Мы это сделали.
— И что? В чем проблема?
— Да ни в чем, я даже не знаю, что было в той писульке. Один благородный дурак с окраин написал другому благородному дураку с побережья, заплатил кучу золота, чтобы свиток дошел точно в срок, — рыжая пьяно усмехнулась. — Представляешь? И мы ради этого дерьма гнали, как сумасшедшие. А когда приехали и передали свиток, то нас просто выставили за ворота, — небольшая пауза и прочувственная фраза, сказанная усталым женским голосом: — Клянусь всеми богами, в тот момент мы почувствовали себя полными идиотами. Мы ведь думали, что потом будет что-то еще. Нас возьмут на службу или дадут еще какое-то задание. А вместо этого… — она вновь махнула рукой.
— А вместо этого: спасибо, вы можете идти, — закончил за нее я, наконец поняв, с чем связано плохое настроение сидящей напротив девушки-воина.
— Вот-вот, — она вновь качнула головой и буркнула: — Кретины.
И непонятно было кого она имела ввиду, то ли нанимателей, подрядивших в качестве почтальонов отряд матерых наемников, то ли самих наемников, согласившихся на дурацкое задание.
В принципе ясно, похоже солдаты удачи нафантазировали себе несколько больше, чем ожидалось. И несмотря на то, что по факту с ними расплатились согласно заключенному договору, осталось некоторое разочарование от банальной концовки.
Спасибо, вы можете идти.
Стало почему-то смешно. Представляю, как вытянулись физиономии суровых рубак, навоображавших, что их примут, как героев. А тут такой облом. Я с трудом удержал улыбку. В чем-то, несмотря на свою суровость, наемники оставались чистыми детьми. Не во всем, конечно, но в некоторых случаях точно.
— Какие планы? Почему не остались на побережье и вернулись обратно? — спросил я, решив сменить тему.
В конце концов, им же действительно заплатали. А то, что задание оказалось банальным, то какая разница. К тому же, Тара сама призналась, что не знает, что было в письме. Может действительно что-то важное, но исключительно для тех людей, кому оно предназначалась.
