Идин опустился на колени по приказу Айлина, я привычно взобралась верхом. Но идин почему-то не вставал.
— Вы относитесь к нему, как к тренажеру.
А как еще мне относиться?
— Но он — живое существо, он личность, как и вы. И ваша задача — почувствовать это.
Угу, учтем.
— Поэтому я решил сегодня провести для вас стрессовую тренировку, — Айлин вдруг легко запрыгнул на идина позади меня.
Идин тут же встал.
— Ничего не бойтесь.
Да я даже не успела еще испугаться! Смысл выражения «стрессовая тренировка» до меня пока не дошел.
Я почувствовала только, как руки Айлина крепко, но бережно обхватили меня за талию.
И идин тут же поскакал.
Быстро и мощно, совсем не так, как у меня.
Я вцепилась в шипы у холки.
Галопом мы летели вперед, к дальнему краю манежа, где был организован «лес». Иногда я шагала на идине по мху самостоятельно, удивляясь, как огромное животное не проваливается под своей тяжестью там, где мох легко может поглотить даже человека. Впрочем, в манеже мох хотя и лесной, но оторванный от настоящей почвы.
Сейчас же мы летели прямо на спутанные растянутые лианы.
— Отпустите шипы, — велел Айлин мне на ухо.
Я почему-то послушалась и разжала руки.
Идин прыгнул, а Айлин легко приподнялся, потянув и меня за собой.
Крик зародился где-то у меня в животе и осел, так и не вырвавшись. В том месте, где меня держали руки Айлина, что-то екнуло и провалилось. Наверное, сердце упало в живот. Идин снова набирал ход, теперь мы подлетали к бревнам.
— Аа-хх… — вылетело из меня.
Я видела, как передо мной выросла холка идина, но Айлин снова поднялся вместе со мной. Мы перескочили и на этот раз.
Сердце у меня отчаянно колотилось там, куда упало.
Больше всего мне хотелось, чтобы это безумие прекратилось.
— Не бойтесь, просто успокойтесь, — говорил мне Айлин в ухо. — Почувствуйте силу идина. Закройте глаза.
Я опять почему-то послушалась. Что-то заставляло меня ему подчиняться. С закрытыми глазами я действительно перестала сжиматься в комок. Все равно я ничего не могу сделать, остается только довериться — идину, Айлину, обнимающим меня рукам.
Прыжок!
На этот раз я вдруг почувствовала, что мне легко и даже почти не страшно. А еще — что мощь идина как будто становится моей мощью. Как будто я тоже становлюсь одним целым с ним, напитываюсь его силой…
Я открыла глаза, мы летели к очередному бурелому.
И тут вдруг отчаянно завыла Особая Сирена.
Уровень опасности — красный!
Айлин резко дернул меня в сторону, как только идин перескочил через препятствие.
Небо с землей менялось у меня перед глазами несколько раз, пока я не поняла, что мы с Айлином упали в мох и скатились под бревна. Сверху что-то гудело. Айлин перевернулся еще раз и закрыл меня собой.
Сирена продолжала выть.
Красный, лихорадочно соображала я. Красный уровень опасности означает конец. Мы с детства приучены при воющих звуках Особой Сирены падать на землю, забиваться в укрытия, закрывать голову руками.
Ни разу на моей памяти Особая Сирена еще не срабатывала по-настоящему.
Неужели это новое оружие?
Я смотрела вверх, на небо, сквозь невидимый купол манежа.
По небу летели обычные «дронты». Ничего не понимаю.
Вдруг сирена вырубилась.
— Сбой в системе, — сообщил механический голос из динамика. — Уровень опасности синий. Повторяю: уровень опасности синий.
— Это всего лишь «дронты», — сказала я, облегченно выдохнув и улыбнувшись.
— Вообще за такое надо снимать с должности, — сказал Айлин, тоже улыбаясь. — Тех, кто за это отвечает.
Он посмотрел мне в глаза, и я вдруг смутилась. Потому что неожиданно почувствовала на себе тяжесть и тепло его тела. Его руку, которая прижимала мою руку к земле. Его запах. Учащенное дыхание. Увидела его лицо очень близко.
Он перестал улыбаться. И смотрел на мои губы.
Я тоже как завороженная смотрела — на его.
Что-то внутри меня как будто тянулось навстречу против моей воли.
Так он же меня сейчас поцелует!
Сердце екнуло и провалилось, как только что во время скачки на идине.
Мне снова захотелось послушаться Айлина, хотя он ни о чем не просил. Просто закрыть глаза и довериться.
И вдруг рядом всхрапнул идин. Длинная морда наклонилась к нам и ткнулась Айлину в плечо.
Айлин тут же встал, помог мне подняться.
— Не ушиблись?
— Нет.
Свою гордость я ушибла, вот что! Ужасно было стыдно за свою минутную слабость. Поцелует! Как я могла даже подумать такое!
— Ну, думаю, на сегодня хватит, — сказал Айлин спокойно.
Он отряхивался, я тоже.
Тебе все просто показалось — сказала я себе строго. Не будь дурой.
— Да, конечно, — сказала я как можно равнодушнее.
— Идину тоже хватит, так что уроков сегодня больше не будет. Ну, я поговорю с адимнистрацией. В конце концов, они сами виноваты, надо быть внимательней с сиреной.
— Да, конечно, — повторила я все так же равнодушно. — До свиданья.
— До встречи.
Безукоризненная вежливость.
Я выбралась из мха на песок и оглянулась. Айлин гладил идину шею, что-то говорил ему на ухо, успокаивал.
А сапоги, между прочим, уже не сияют, отметила я. Испачкались.
А еще почему-то мне хотелось плакать. Наверное, из-за стресса.
========== IV ==========
Гилеон, все из-за него.
Я ворочалась в постели, сон никак не шел.
