А завтра, между прочим, на дежурство!
Комната была залита призрачным светом, и тут я пожалела, что давно сняла все шторы. Мне так нравилось смотреть на ночной город. А теперь уснуть решительно невозможно.
Я натягивала одеяло на голову, закрываясь от нашего зверя-хранителя, верного спутника Гилеона, но стоило мне оказаться в теплой темноте постели, как сразу появлялся запах.
Его запах. Запах Айлина.
Неуловимый, тонкий аромат, который преследовал меня весь день и заставлял без конца проигрывать в голове одну и ту же сцену: мы падаем с идина в мох, Айлин переворачивается, закрывая меня собой.
Я чувствую его тепло и тяжесть. Его руки на себе. И еще что-то внутри себя — что? То, что заставляло меня как будто тянуться ему навстречу. То, что как будто звало, взывало, требовало обратить на себя внимание…
Я скинула одеяло, встала, налила себе воды.
Перестань, сказала я себе, глядя на Гилеон. Ты сотрудник Лаборатории «А», а он…
«Какая разница!» — закричало вдруг что-то внутри, то самое, что звало и требовало. «Сама знаешь, что он тебе нравится!»
Я поперхнулась водой.
Ну как так можно? Как можно быть такой дурой? Неужели я влюбилась в какого-то лесного дикаря, только потому что вместе упала с ним с кошмарного животного в мох?
«Сама знаешь, что он не дикарь!»
Я быстро допила воду и нырнула в постель.
Спать!
Но стоило мне закрыть глаза, как я снова почувствовала уверенные, сильные руки, которые так бережно меня обнимали.
«Ничего не бойтесь!» — вспомнила я.
Казалось, что я не на кровати, а на спине идина, и он снова летит — мощно, стремительно, легко.
И снова — сирена, падение…
Проклятый Гилеон, из-за него я завтра просплю дежурство!
***
Дежурство я не проспала, хотя встала позднее, чем обычно, и даже не выпила кофе.
Глаза у меня слипались — ну нельзя приходить на работу в таком виде. Тем более, ответственную работу по защите города, когда так важна концентрация, внимательность, реакция.
Прямо с утра вчерашнее происшествие начало крутиться в голове, как бесконечный ролик. Я отгоняла эти мысли, но время от времени выпадала из реальности.
Даже Сагинат спросила, что случилось.
— Упала с идина, — сообщила я мрачно.
Все ахнули, стали расспрашивать, я вдохновенно врала, как он выкинул меня, испугавшись сирены. Все тут же начали делиться историями про идинов, хвастаться успехами и рассказывать о неудачах.
Я молча возилась с кофе.
Как пережить сегодняшний день? Я и кофе-то с трудом варю, а если сейчас начнется атака?
Но пока ничто не предвещало нападения. Мониторы были чисты и сияли ровным зеленым цветом.
Время близилось к обеду. Мы все скучали без работы, даже болтовня стихла — всем надоело разговаривать.
Я решила заняться расчетами, хотя голова соображала с трудом. Но надо чем-то занять мозг, иначе я с ума сойду от бесконечного кино в голове — сирена, идин, мох, Айлин…
Сагинат решила заказать обед в соседнем кафе, спрашивала, кто чего хочет, и собирала деньги, когда на ее мониторе загорелась синяя кнопка вызова, и компьютер сообщил, что ей следует пройти в 5-й кабинет.
Начальство?
Мы все оживились. Что случилось, интересно?
— Ребята, разберитесь сами, — сказала Сагинат, сложив собранные деньги на стол.
Стоило ей выйти, как все разом заговорили. Синяя кнопка — это не рядовое начальство, а самое что ни на есть высокое! Сагинат повышают? Или будет выговор за косяки на дежурстве? Я сразу вспомнила злосчастный сектор «И», но ведь мне же все удалось его закрыть! Не будут же Сагинат вызывать из-за такой ерунды, которая, к тому же, случилась несколько месяцев назад. А больше я ничего такого за собой не припоминала — дежурства как дежурства, Купол мы удерживали хорошо.
Сагинат вернулась через три часа, когда мы уже успели пообедать заказанной едой и по второму разу пили кофе. Вид у нее был растерянный — от всегда боевой и собранной Сагинат я этого не ожидала.
Она плюхнулась на стул, повертела в руках пустую чашку, оглядела нас, пожала плечами и сообщила:
— Нас расформировывают…
***
Дядя продолжал меня утешать — как всегда, многословно, бестолково и восторженно. Он неисправимый оптимист. А я слишком хорошо понимаю, что ждать от Центра умных решений теперь бессмысленно.
Наши исследования свернули «в связи с появлением у противника оружия новой формации». Формулировочки у них!
Ладно, если они считают, что наши разработки уже бесполезны, так почему нельзя дать нам данные по новому оружию?
Или «бэшники» опять сваляли дурака?
Но гораздо хуже другое — зачем-то расформировали наши группы защиты. Это вообще за гранью.
«В связи с уменьшившейся опасностью нападений» — но если у противника «оружие новой формации», то группы надо усиливать, а не расформировывать! Они считают, что на дежурстве достаточно оставить двух человек, ну, хорошо, это сейчас, пока мало «дронтов» и атаки редки. Но применения нового оружия ждут буквально со дня на день!
А я — защитница города — из-за этих глупых решений в такие напряженные дни осталась без работы!
Я отказывалась понимать эту глупость и нелогичность.
— Кстати, — продолжал дядя с монитора, — я позаботился о твоем новом назначении.
— Что? — переспросила я.
