У окна в трех шагах от Новака стоял позитив, болгарин лет тридцати на вид. Ростом он был немногим выше самого Алеса, но в отличие от парня имел крепкое телосложение и грубые черты лица. Несмотря на некоторую небрежность и неотесанность, мужчина производил впечатление человека серьезного и совершенно не вписывался в убогую обшарпанную обстановку жилища. На нем был строгий светлый костюм, подчеркивающий смуглый оттенок кожи и классические ботинки. Завершали образ часы одной известной европейской марки и массивные перстни.
— Порядок, — произнес позитив, убедившись, что Новак пришел в себя.
По интонации жестам и мимике Новак понял, что мужчина не привык тратить свое время впустую. Он чем-то напоминал Борислава Гедиминовича в то время, когда отец Алеса еще был жив.
Заклинатель пристальным взглядом следил за каждым движением молодого человека. Алес предположил, что он ждет внезапной атаки и ответил мужчине равноценным взглядом. Тот скривил презрительную гримасу.
— Тогда начнем, пожалуй, — отозвалась рыжеволосая девушка, подходя к Новаку и снимая с предохранителя пистолет.
Алес в растерянности уставился на нее. Он смутно помнил их первую встречу в переулке. До этого момента он даже не смог бы с уверенностью сказать была ли реальной та встреча, или все случившееся было частью его бреда. Все, что он помнил, так это то, что испытал облегчение, когда узнал ее. У него появилась надежда. Но в очередной раз все пошло прахом. Прица была заодно с позитивами. Хуже и представить нельзя. Страх снова заключил Алеса в свои оковы.
Алес покосился на оружие в руках девушки. Модель была ему знакома. Заводя разговор о работе, Михаль не раз сожалел о том, что службы безопасности почти не используют в вооружении магнум «Пустынный орел» сорок четвертого калибра. Осведомленность о разрушительной силе пистолета заставила парня еще больше похолодеть.
Прица встала перед Алесом, приставив дуло с мощным глушителем к его лбу. В ее маленьких ладонях и без того крупный ствол выглядел до неприличия огромным. А в темных одеждах с ремнями и железяками и винтажной кепке она выглядела совсем как героиня шутера. Поймав себя на этой мысли, Новак горько усмехнулся. От прикосновения холодного металла по коже пробежала дрожь.
Если эти двое желали произвести на него впечатление, то им это явно удалось. Их намерения же оставались для Алеса неизвестными. Он предположил, что его приняли за шпиона, и, вероятно, лишь поэтому до сих пор не убили. Но с какой стороны ни посмотри, а рассказать ему особо было нечего. Все, что ему оставалось, только отмалчиваться.
— Сейчас я уберу скотч, — холодно произнесла Прица. — И ты ответишь на несколько моих вопросов. Оттого, насколько откровенным и содержательным будет наш разговор, зависит насколько долгое и безмятежное будущее тебя ждет. И учти, попытаешься соврать или использовать заклинание, сильно пожалеешь об этом. Тебе ясно?
Новак кивнул. Он ничуть не сомневался в правдивости угроз девушки. И потому лучшей защитой счел нападение. Позитив обладал очень мощной аурой, но от Прицы не исходило той энергии, что присуща адептам. От нее вообще не исходило никакой особой энергии. Отсюда Алес сделал вывод, что болгарин относится к тому редкому типу позитивов, что сами принимают участие в боях. Если сначала дезориентировать её рассеянностью, а затем вывести позитива из строя безумием, то возможно ему еще удастся расспросить Прицу о том, что его интересовало. Правда, прежде молодому человеку не приходилось использовать сразу два заклинания одновременно. Но он знал, что теоретически это возможно. Он повторил про себя вступительные строфы и приготовился.
Одним резким рывком Прица сорвала ленту с его лица. Алес поморщился. Чтобы скрыть свои намерения Алес не поднимал глаз на своих противников, лишь мысленно удерживал их образы перед глазами.
— Периспазмос (1), — произнес он едва слышно, направляя проклятие в Прицу.
Опустив руки, она отступила. Вид у нее был совершенно потерянный. Все произошло очень быстро, но позитив успел сообразить, что произошло. Он устремился к напарнице, чтобы забрать у нее оружие, но Алес мгновенно остановил его.
— Трэйлла (2), — прокричал он, встретив угрожающий взгляд болгарина.
Болгарин попятился назад. Лицо его перекосило от злости. Он вцепился в подоконник, и старая деревянная панель затрещала в его руках. Встретившись взглядом с Алесом, мужчина издал угрожающий рык.
