Заклинатель снега полностью

Я опустила голову в защитном жесте, потому что он снова доминировал, как будто не мог вести себя иначе.

– Так это был ты, – тихо сказала я, – это действительно был ты.

Какое-то чувство промелькнуло в его темных радужках. Я попыталась ухватить его, расшифровать, но он отвернулся прежде, чем я успела.

– О чем вы говорили с Нейтом? – упорствовала я.

– Не твое дело.

Ну вот, опять этот его приемчик: «это тебя не касается», «держись подальше»… Между нами лежала пропасть, и ее ничем не заполнить. Я не была частью его жизни, не принадлежала к его миру, и это никогда не изменится.

– Возможно, я предпочла бы Нейта, – прошептала я, чувствуя, как во мне поднимается обида.

Эта ложь произвела должный эффект: Мейсон мрачно сощурился.

– Да неужели?

– По крайней мере, он последовательный.

– Последовательный? – повторил Мейсон, подходя ближе.

Я задела его самолюбие, и это меня немного взбодрило.

– Да. Он не избегает меня, чтобы затем караулить у дома.

Мейсон возвышался надо мной.

– На меня намекаешь?

– Ты даже не смотришь на меня! – сердито выпалила я, но тут же прикусила язык.

Что, черт возьми, я сейчас сказала?

От испуга пересохло в горле. Но я сразу же перешла в оборону и скорректировала удар:

– Ты старательно избегаешь меня, делаешь вид, что меня не существует. Выбрасываешь из машины посреди улицы, а потом ругаешь Нейта за то, что он подверг меня опасности, как будто тебе до меня есть дело. Как ты это назовешь? – Я выпустила наружу гнев, о котором даже не подозревала. Если бы в ответ я услышала, что он тогда за меня испугался, я не поверила бы, потому что была слишком обижена и расстроена. – Мейсон, эту комедию ты можешь разыгрывать перед твоими друзьями, соседями и даже перед Джоном. Но не передо мной!

– Комедию? – медленно переспросил Мейсон, его глаза сверкнули.

Он стоял так близко, что невозможно было не чувствовать мощный ток его мужской энергии, и на мгновение гнев и влечение смешались во мне в смертельную смесь.

– А что насчет твоей комедии? – прошипел Мейсон, повергая меня в дрожь. – Тебя никогда ничего здесь не интересовало, ты даже не знаешь, как выглядят волны, и вдруг тебе приспичило прыгнуть в океан? Я бы сказал, что непоследовательность – это как раз твоя основная проблема. – Его голос обладал силой внушения, он меня гипнотизировал.

– Ты ошибаешься, – ответила я, стискивая кулаки.

– Не пытайся это отрицать.

– Ты сам сюда пришел. Я просто хотела побыть одна!

Мейсон саркастически усмехнулся.

– Зачем? Разве ты и так всегда не одна?

Выстрел попал точно в цель. Мейсон опять выиграл поединок, лишил меня слов. Досада, которую я пыталась выместить на нем, испарилась, оставив вместо себя пустоту. Я опустила лицо, не зная, что ответить, и увидела, как рука Мейсона напряглась. Его пальцы сжались в кулак, но я знала, что он не солгал.

Это была правда. И все же… я устала. Я больше не могла с ним драться. Не было сил продолжать битву.

Когда Мейсон поднес руку к моему лицу, я закрыла глаза и наклонила голову. Он ухватился за козырек моей кепки и медленно стянул ее. Возможно, он хотел утвердить свое превосходство, но зачем, ведь он только что победил в нашей схватке?

Волосы шелком скользнули по лицу, касаясь опущенных ресниц, щек, шеи. Я почувствовала исходящий от них хвойный запах, когда между нами пролетел ветерок.

Я посмотрела на Мейсона. Но он… он больше не улыбался. Сарказм исчез с его лица. Он смотрел на меня, не шевеля ни единым мускулом, все еще держа руку с кепкой над моей головой. В его глазах промелькнуло что-то, чего я никогда раньше не замечала.

Словно, подумав о чем-то, он признался себе… что не сможет победить.

Мне хотелось бы, чтобы мы поняли друг друга, чтобы могли разговаривать, слышать друг друга, общаться. Но правда такова, что мы для этого не созданы.

Я никогда не дружила со словами. И он не из тех, кто легко открывается. Возможно, однажды мы найдем место встречи или пойдем разными путями, забудем друг друга, как астероиды, которые случайно пересеклись, а потом навсегда разлетелись.

Мы станем старше, а значит, будем еще строптивее, упрямее, сильнее и горделивее. Но Мейсон навсегда останется океаном, плавать в котором я не умею. Он, со своей мятежной душой и акульими глазами, всегда будет пулей в моем сердце. И никогда об этом не узнает.

Глава 14

Цвет слоновой кости

– Они снова над тобой смеялись?

Его голос согревал меня, как огонь в камине. Я вцепилась в его руки, слишком маленькая, чтобы вести себя иначе.

Я не умела заводить друзей. Я была замкнутым и застенчивым ребенком, и только папа мог меня утешить.

– Что на этот раз?