Заклинатель снега полностью

Мейсон нахмурился и вытер рот салфеткой.

– Отца нет дома. Пусть зайдут вечером.

– Они не к мистеру Крейну, – сказала Мириам и перевела взгляд на меня. – Они хотят увидеть Айви.

Наступила тишина.

Мейсон повернулся и посмотрел на меня. Я уткнулась в тарелку, дожевывая кусок курицы.

– Что им нужно? – спросила я, вставая.

– Не знаю, мисс. Они не сказали.

Я вытерла руки салфеткой и вышла из кухни. Добралась до прихожей, где сразу встретилась с парой обращенных на меня взглядов.

Лица у обоих мужчин были серьезными, но это не первое, что я заметила. Прежде всего меня поразили темные костюмы и безупречные галстуки, которые они выставляли напоказ, как визитную карточку. У одного из них были седые волосы, его руки лежали одна на другой в напряженном сдержанном жесте.

– Доброе утро, мисс Нолтон!

Отстраненные, холодные, профессиональные… Даже голос мне показался точно таким же, как тогда. Меня охватило чувство дежавю, и я ощетинилась.

– Простите за вторжение. Мы можем войти?

– Кто вы? – спросила Мириам, стоя позади меня.

Один из них вытащил из кармана пиджака служебное удостоверение и протянул мне.

– Федеральный агент Кларк, мисс Нолтон. Нам нужно с вами поговорить.

Я подняла на него глаза, игнорируя удостоверение. Он не улыбался. Я знала, зачем они пришли. Я слишком хорошо это знала. Свербящее чувство поднималось в сердце, и я боролась с ним каждой клеточкой своего тела, чтобы оно не овладело мной и не унесло в прошлое.

Я повернулась и пошла в глубь дома.

– Сюда!

Оба агента последовали за мной. Мириам что-то пробормотала, но они молча прошли мимо нее.

Я привела их в гостиную. Подождала, пока они сядут, затем подошла к большой двустворчатой двери и, когда потянула ручки на себя, увидела Мейсона.

Стройный, красивый, он стоял посередине холла. Его присутствие, как всегда, взволновало меня. На его вопросительный взгляд я ответила недоуменным пожатием плеч и закрыла дверь, оставшись наедине с этими господами.

– Говорите, пожалуйста, – сказала я за их спинами, – я слушаю.

– Присядьте, будьте любезны, – пригласил меня один из них, показав рукой на кресло.

Я нехотя села. Второй агент поправил галстук и начал говорить:

– Мисс Нолтон, вы знаете, что такое национальная безопасность?

Идиотский вопрос, поэтому я промолчала.

– Речь идет о защите страны от опасностей, которые ставят под угрозу ее независимость и целостность. Под защитой находятся военный блок, территория, социальная сфера и киберсистема. – Он сделал паузу, затем продолжил: – Вы наверняка знаете, что Соединенные Штаты Америки – федеративная республика с самой надежной секретной службой в мире. Задача нашей организации – способствовать сохранению национальных секретов. Наши сотрудники следят за всеми, кто, так или иначе, с ними связан. Мы уверены, что вы осознаете степень своей ответственности и пойдете на сотрудничество в интересах американской нации. Если вы обладаете какой-либо конфиденциальной информацией, сейчас самое время ее сообщить.

Опять те же слова, те же предложения, наполненные терминами, которые означали все и ничего одновременно. Я их уже слышала. Все, как в тот день в больнице.

Меня пронзило болезненное ощущение, и внезапно я почувствовала, что гостиная подо мной проваливается. Под их пристальными взглядами меня поглотила тьма. Физически я все еще была рядом с агентами, в том же положении, но мысленно находилась в другой вселенной, где пахло больницей и лекарствами.

– Айви!

В пространстве больничной палаты – только звук его голоса, слабый, далекий, он терялся в приглушенном свете.

– Держись, – сказал он, запинаясь, – будь стойкой, Айви.

Меня душили слезы. Я зажмурила измученные глаза, чувствуя, как меня изнутри разрывает боль, а я не могу с ней бороться.

– Нет, – прошептала я, уже разлетаясь на осколки.

Я свернулась калачиком рядом, положила руку папе на грудь, пытаясь отдать ему все, что у меня было.

– Все будет хорошо, – сказал он тихо, в то время как каждая клеточка моего тела кричала об обратном и я умирала от мучительной боли. – Обещаю тебе.

Папин лоб был в мелких морщинках.

Мое сердце разрывалось, когда я видела знакомую улыбку, которая никогда не исчезала, если он смотрел на меня.

– Обещаю, Айви, ты не останешься одна.

Я сцепила пальцы в замок. Внутри я вся содрогалась, как планета во время коллапса.