– Я Вас, оккультиста, не так плохо знаю, говорите!
– В этот раз не вру!
– Точно ли? – Наталья не верила ни одному её слову. Мирэль – врушка, каких ещё надо поискать
– Дорогая, – примирительно сказала Мирэль, приподняв руки. – Давайте не делать поспешных выводов. Вам известно многое, но и у меня есть свои секреты, понимаете? Наши дороги разойдутся, тут и гадать нечего, но как скоро это случится, зависит от нас.
– Вы правы…
Наталья задумалась, что бы сделала Вика на её месте? Она бы наверняка согласилась, но имела бы один или и того больше запасных планов.
– Я согласна на Ваше предложение сотрудничать.
– Вот и отлично! – без особого энтузиазма сказала Мирэль. – Думаю, Вы знаете про местный оккультный орден «Осколки»?
– Слышала… Сборище шарлатанов и интриганов. – Наталья скривила губы, уже догадываясь, как продолжится разговор.
– Да-а-а-а… Но так они зарабатывают…– неуверенно произнесла гостья. – Я смогла войти в их орден, и оказалось, что они наслышаны про наш мир.
– Неужели? Откуда?
– Может, Виктория проболталась?
– Что вы говорите! Следите за речью, дорогая, – фыркнула принцесса, и в нотках её голоса послышался металл.
Но Мирэль и сама уже поняла свой промах.
Виктория – старшая сестра Натальи, наследница престола.
– Для них наш мир, как астрал, но в отличии от тонкого мира, в наш невозможно попасть НЕ физически. Понимаете?
– Немного. И?
– Они уже давно ищут путь в него. Некоторые предполагают, что путешествовать могут только избранные, а другие, что проход можно отыскать в зеркалах… Есть много теорий, но эти две мне понравились больше.
– Думаете, что избранные – это мы с Оливией? Ха, не смешите! Да и в особняке мы очутились там, где нет зеркал.
– Но, может, Ваша сестра так и путешествовала… Через пропасть и… зеркало? Или же в библиотеке что-то было, через что мы прошли, но не заметили…
– Кроме огромного помещения и книг со столами и стульями, там ничего не было. Я смотрела.
– Значит, она где-то спрятала…
– Не говорите чушь!
Девушки просидели в раздумьях ещё минут пять, но умные мысли так и не шли в голову.
– Может, мы не о том думаем? – спросила Наташа, вставая из-за стола, собираясь сделать себе кофе.
Пока хозяйка колдовала над кофеваркой, которая отчаянно не хотела работать, Оллисова разглядывала небольшую гостиную в светлых тонах и кухню, – насколько видела – более ярких.
Кафельный пол, исходя из коридора, был серого оттенка, какой это на самом деле цвет, Мирэль понять не смогла, но ей это было не особо интересно. Другое дело – обстановка комнаты. Помимо дивана и кофейного столика со стеклянной поверхностью, в гостиной справа от входа стоял комод миндального цвета. На нём одиноко стояла совершенно обычная фарфоровая вазочка с ландышами… Какие знакомые цветы! Раньше, лет шесть назад, ими была украшена вся комната маленькой Наташи. Теперь же они наводили тоску и одиночество.
Их белые головки будто и говорили: «Ну что, это же твоя вина, что так получилось… Всё могло быть по-другому!»
– Тьфу! – Мирэль в ужасе помотала головой. Вот до чего дошла, цветы разговаривают! Может, ещё крылья появятся и желание полетать над городом? А что, прям с седьмого этажа прыгнуть можно. Нет, такими темпами скоро психолог понадобится… А тому, после Оллисовой, психиатр…
Взгляд Мирэль перешёл на картину, висевшую на белой стене с серебристыми цветами слева от неё. Это был портрет маленькой девочки с чёрными волосами и ярко-синими глазами. Она будто взглядом улыбалась художнику в то время, пока её пухлые блестящие губки были сложены бантиком. На малышке было лёгкое фиолетовое платьице, а в руках букет белых роз. Прекрасная работа, но имя художника Мирэль не нашла.
