Ладно, план уже есть, нужно только… Так, стоп: а где там Бас и Грэй? Я поискала глазами этих двоих и довольно быстро нашла обоих. Грэй был без сознания, прислонившись к наваленным стульям, он дремал на плече у Баса, который таращился в пространство перед собой.
– Чего они сидят? – Рявкнула я и подползла к Блэкторну. – У нас есть план, – сообщила ему я. – Думаю, вы останетесь здесь вместе со Скарлет. Она без сознания.
Блэкторн еще с минуту бессмысленно смотрел в точку перед собой. Он был в шоке, это понятно, он же человек, а тут такое! Кто его сюда вообще затащил? Бедняга. Не то, чтобы я его жалею, но он явно был к такому не готов. Даже я, когда впервые вляпалась, и то была в таком ужасе, а Бас…
Он набрал в грудь воздуха, а затем посмотрел на меня. Полные боли и отчаяния глаза. Меня мгновенно пронизало ужасом и дрожью. Я пропустила несколько ударов сердца и каким-то шестым чувством все поняла.
Ахнув от ужаса, я зажала рот рукой и из глаз полились слезы. Нижняя губа Баса задрожала. Мысли завертелись в голове, словно сумасшедшие, я часто-часто задышала, понимая, что сейчас на меня накатит истерика, но я не могла, просто не могла себе позволить…
– Грэй… – сквозь слезы позвала я и придвинулась к нему ближе, – Грэй…
Я не сдержалась и разрыдалась.
Он не спал… Он не спал…
Это было невыносимо, осознание столь болезненной очевидности разрывало на части. Все это время, начиная с самой первой нашей встречи, каждая его улыбка, нежный взгляд, его принципы, его жизнь… Все это было потеряно.
Больше никогда не будет его доброты, какой бы она ни была и с какой целью, больше никогда не будет его тепла, его самого…
Бас смотрел на меня так, как будто только я могла подтвердить или опровергнуть его самые страшные опасения. Он не верил, он боролся с отчаянием в своей душе, но ничего не мог с этим поделать, ведь я плакала, а это означало…
– Прости меня, Вилу, – выдавил вдруг Бас. – Я должен был присматривать за ним…, но я… Я…
Он всхлипнул и принялся с остервенением стирать слезы, предававшие его сейчас. Он должен был быть сильным, он должен был.
– Это не твоя вина, Себастьян, – отстранено произнесла я. – Это вина того, кто затащил нас сюда. Он убил Грэя…
Зажав себе рот рукой от осознания произнесенного, я не могла взять себя в руки еще некоторое время. Бас протянул ко мне руку и сжал в ней мою ладонь. Еще долго мы смотрели друг другу в глаза, понимая, что потеряли хорошего друга, и как бы нам не хотелось, придется с этим как-то теперь жить.
Без него.
Мы его не уберегли. Не смогли спасти. Как мы не старались, ничего не вышло. Возможно, если бы с ним были его силы, если бы… Моя нижняя губа снова задрожала, я поняла, что сейчас снова разрыдаюсь.
Рядом оказался Киан и обнял меня. Какое-то время я позволила себе слабость побыть в его сильных руках, но потом… нужно было выбираться отсюда. Не было больше никаких шансов или вариантов, нужно выбираться отсюда, к чертовой матери!
Кто бы ни был нашим врагом, я впервые захотела убить его. Может быть, моих сил и недостаточно, но наших совместных усилий наверняка будет с лихвой хватать для фатального удара. Из-за него погиб Грэй…
Что же я скажу его отцу? А матери? Ведь они верили в то, что он найдет свой путь, когда забирали его силы. Они верили, что он придет к свету, что он обретет свое счастье. Но они оставили его среди друзей…
Мне стало так стыдно. Я ведь действительно уделяла ему мало внимания, совершенно не старалась помочь, когда-то вообще забыла про него. А ведь он даже после того, как вернулся, не хотел меня четвертовать, он исцелил меня. А что я сделала в ответ? Ничего. Ни-че-го!
– Вилу, – позвал Рэйвин, – нам нужно идти.
Я взглянула на него и вдруг поняла: больше всего на свете я хотела, чтобы он сейчас обнял меня. Не Киан, не кто-нибудь еще, а он. Я кивнула ему, и Киан отпустил меня, подвинувшись к Басу.
– Давай уложим его, – предложил ему Киан.
– Нет, ему хорошо, – засопротивлялся Блэкторн. – Не трогай его…
– Ты же знаешь, ему больше не помочь…
Пока Бас и Киан принялись делить неразделимое, я придвинулась к Рэйвину и заглянула ему в глаза.
– Обними меня, – попросила я.
Рэйвин ничего не сказал, просто сделал то, что я просила. Может быть, он не может чувствовать, я не знаю, это не важно, но то, что чувствую я, когда он обнимает меня так…
То, что произошло, было ужасно. Мне потребуется много времени, чтобы это пережить. А, по сути, разве я так до конца и пережила смерть Дарэна? Нет. А Грэй… был мне близок. Пусть, не важно, пусть он преследовал свои цели, но разве это кому-то важно? Теперь он больше никогда не сможет сделать свой выбор…
– Пожалуйста, не оставляй меня, – зашептала я.
Рэйвин отстранил меня от себя, заглянув в лицо, и увидел меня всю заплаканную. Что он подумал? Подумал ли вообще что-нибудь? Я не знаю, не хочу знать, я все еще предпочитаю мою бесподобную, дружелюбную, обожаемую сладкую ложь. Так легче, так намного легче, особенно, если учитывать тот факт, что горькая правда, скорее всего, разорвет мне сердце.
– Вилу… – подобрался к нам ближе Киан, – нам пора.
