Заключённый волк полностью

Розали начала подниматься по лестнице, минуя очередь, и я остановился, преграждая ей путь.

— Неважно, что гласит твой гороскоп, любимая, тебя ждет только одна судьба. Ты склонишься передо мной.

Она закатила глаза, задев меня плечом, пытаясь пройти мимо, но я поймал ее руку в болезненно крепкий захват, останавливая ее. Она оскалила зубы, и я выпустил смешок, наклонившись поближе к ее уху, чтобы никто не услышал моих следующих слов.

— Я собираюсь показать луне, где действительно твое место, тогда она образумится и освободит нас от уз.

— Удачи в спорах с луной, stronzo⁴², — холодно сказала она, и ее темные глаза проложили путь до самой моей души. Моя хватка на ее руке ослабла, а во рту пересохло, когда ее небесно-сладкий аромат донесся до моего носа.

Она ухмыльнулась и, увернувшись от моей руки, побежала вверх по лестнице, а я проклинал ее, пока спускался на первый этаж.

Я подошел к столу в задней части комнаты и с рычанием набросился на парня, который собирался взять там колоду таро, и он быстро отступил, опустил голову и бросился прочь.

Я по очереди хрустнул костяшками пальцев, прежде чем взять карты и перетасовать их.

Чертовски красивая гребаная Волчица с ее идиотскими гребаными глазами Бэмби и сиськами, которые преследуют меня в моих снах.

Я провел рукой по волосам, проверяя, уложены ли они, прежде чем разложить карты перед собой.

До этого я был совершенно счастлив быть полиаморным секс-богом, а теперь посмотрите? Она в моем мозгу. Даже когда я пытаюсь дрочить на других девушек, они всегда в итоге выглядят как она в моей голове.

На этой неделе я пригласил в свою камеру несколько девушек с намерением вытрахать свою пару из моей головы, но как только они начинали раздеваться, я психовал и выгонял их вон. Обо мне поползли слухи. Моя стая знала, что что-то случилось. Я пробовал спать с ними в одной камере, но как только дело доходило до оргии, мне приходилось оправдываться, как гребаному Дэниелу Без Члена. Они будут думать, что у меня какие-то проблемы там внизу. Например, Фемидии или Центифилис.

Черт побери, мне нужно было придумать хорошее оправдание и быстро. Но какое?

Я зарычал, переворачивая первую карту из ближайшей стопки, мой разум не был достаточно сосредоточен для этого. Предсказуемо, мне выпала карта о моей единственной-блять-и-неповторимой..

Влюбленные.

Я с рычанием отбросил ее в сторону и перевернул следующую карту.

Влюбленные.

— Иди ты, кто смешал эту колоду? — я перевернул последнюю карту и швырнул всю колоду в стену, когда Влюбленные снова уставились на меня. Карты отскочили назад под действием магического щита, фиксирующего их на этом столе, и половина из них ударила меня по лицу.

— Небольшие проблемы, Шэдоубрук? — Роари Найт прошел мимо меня, схватил карту с моего плеча и швырнул на стол передо мной. Влюбленные.

— Ничего такого, в чем мне нужна твоя помощь, — холодно ответил я.

— Ты уверен? Я никогда не видел, чтобы колода карт нападала на кого-то раньше.

— Ха. Ха, — сухо ответил я, оттолкнулся от стола и направился к другому и поднял с него другую колоду таро. Как кто-то вообще мог подтасовать колоду? И, клянусь звездами, зачем им это делать?

Роари направился к чаше с предсказаниями, стоявшей на столе рядом с моим, а я, не обращая на него внимания, разложил новую колоду, сосредоточившись на Густарде и его кучке придурков-последователей. Несколько месяцев назад Густард забрал у меня кое-что ценное. Мои Волки в его блоке сказали мне, что фотография моей сестры теперь висит в его камере над его кроватью. Моей гребаной младшей сестры. И если бы я даже позволил себе подумать о том, для чего он использует эту фотографию, я бы хотел оторвать ему голову голыми руками.

Но дело было не только в этом. В последнее время моя стая слишком часто сталкивалась с Наблюдателями. Я не знал, что именно их мерзкая банда сделала с Кайлой, но с тех пор она не была прежней и отказывалась говорить об этом. Одно предположение о том, что произошло, заставляло мою кровь кипеть. А после того, что они сделали с Розали, я мог сказать, что мои догадки были весьма основательны. Таким образом, Густард подписал свою собственную смерть, прикоснувшись к моим Волкам. И я собирался заставить его пожалеть об этом.

Розали вскоре присоединилась к Роари за столом рядом с моим, и я не мог не обратить внимания на их разговор, пока пробовал свои силы в очередном гадании на таро.

— Что тебе понадобится дальше, маленький щенок? — негромко спросил Роари, и моя бровь изогнулась от интенсивности его тона.

— Мне нужно подружиться с Кротом-перевертышем Полетиусом, — сказала она, окуная палец в воду в миске и помешивая им. — Но в тюрьме их всего двое. Сук Мин и Норман Хичкок.