«Идеалист», — смеялся он над собой, но перешагнуть незримую черту, что он определил для себя как границу дозволенного, Артем все же не мог. И на Земле, находясь вместе с бандитами, проституток не снимал. Но над ним не смеялись, побаивались. В драке он был безрассуден и беспощаден. Мог убить не моргнув глазом…
Но этот мир устроен несколько иначе и его поведение вызывало ненужные вопросы, как это случилось с Козьмой и оставляло место для домыслов.
«Вот мерзавец! Подставил, так подставил. — не успокаивался Артем. — Что теперь говорить про него будут?… Да и хрен с ним! Пусть говорят, — махнул он рукой, разрезая воздух. — Пусть говорят что хотят». На этом он успокоился.
Артем вернулся в лагерь, где вовсю кашеварили дежурные солдаты. Пахло дымком и стряпней. У его костра сидели словно два товарища Свад и Козьма. Артем вышел из-за фургона и остановился как вкопанный. Он услышал голос гремлуна.
… — Я свою на четвереньки поставил… Сзади пристроился…
— Сзади? Ха-ха. Да ты же до колена ей не достанешь… — раздался негромкий смех денщика. Артем дальше скрываться не стал. Еще не хватало чтобы этот похотливый карлик его имя упомянул. Мол вместе с магом девок трахали. Спокойно подошел и сел на снятое с лошади седло.
— Ночные сны Свад рассказываешь? — спросил Артем. Он поежился от холодного ветерка. Посмотрел на небо. Оно уже заалело, скоро наступит рассвет.
— Какие сны, брат, мы же с тобой ночью девок имели… — Свад светился словно новогодняя елка. Был он горд и сидел подбоченясь, снисходительно поглядывая на Козьму.
«Тебе мол, такое даже и не снилось».
Артем по опыту знал. Не надо оправдываться и выдумывать то, чего не было, нужно просто это игнорировать.
Он потрогал лоб гремлуна.
— Зажила рана Свад. И видимо хорошо ты себя приложил по голове. Такие сны это тебе награда за труды.
Коротышка вскочил и возмущенно стал размахивать руками.
— Какая рана? Какой сон? Пойдем, Козьма, девки все подтвердят.
— Какая рана? А ты что, не помнишь как тебя вчера лечили? — спросил Артем. — У тебя рог вырос, я его срезал, а рану залечил.
— Рог? — Гремлун остановился и задумался, — что-то помню… мне казалось это был сон.
— Нет, Свад, это был не сон, а то что ты с девками кувыркался, вот это был сон.
— Не кувыркался я с ними, больно надо. Я что ребенок? — неуверенно проговорил он и сел. Долго сидел с задумчивым видом и незаметно для Артема исчез.
К месту службы прибылина исходе четвертого дня. Заходящее местное светило наполовину скрылось за темной полосой северного леса. Даже на вид сурового и вселяющего благоговейный трепет, а от мысли о его безграничности захватывало дух.
Только на востоке и западе были проплешины северной степи. Говорят там пасутся неисчислимые стада туров и оленей. И там на востоке расположены загадочные города дикарей.
Но перед этим отряд с переселенцами с трудом пробился сквозь полосу густого, заросшего молодняком леса. Лес сплошь состоял из орешника, очень похожего на земной лесной орех, и тянутся на десятки лиг с запада на восток. Он густо зарос мелкой порослью, так что нельзя было даже думать проехать сквозь него возами.
Проводник, которого позвал Артем, немного подумал и сообщил, что этот лес всегда обходили с запада, но это удлиняло дорогу на четверо суток, но он слышал, что перед самым набегом местные, где-то прорубили просеку. Ее можно попробовать отыскать
— Воржек, бери своих ребят, — тут же распорядился Артем, который не горел желанием, объезжая лес, еще несколько суток тащиться по степи. — И отыщите проход в этом лесу. Пошли нескольких бойцов вглубь леса, может статься дорогу не проторили до конца. Не думаю, что проход находится далеко от наезженной дороги ведущей к лесу. Не дураки же его делали.
Посланные разведчики вскоре нашли новою дорогу, но она оказалась недостроенной. Метров семьдесят леса недовырубили. Не успели. Нежданная смерть настигла лесорубов.
Собрав бойцов и мужиков переселенцев с топорами и пилами, выставив охранение, Артем распределил работу. Кто-то рубил молодую поросль, кто-то пилил толстые деревья, а кто-то обрубал сучья и уносил стволы в сторону.
Работа закипела. За пару часов прошли недостающие метры.
Артем первым проехал по проторенной в лесу просеке.
По бокам просеки был аккуратно сложен строевой лес. Мелкие деревья попилены на дрова и сложены в дровницы. Ветви устилали влажную от сырости почву, давая возможность проехать груженым возам.
Тот, кто руководил работами, был сведущим в своем деле человеком.
Тела лесорубов валялись там где их застало нападение. Они не сумели организовать отпор, а старались убежать и скрыться в густом лесу. Большинство было поражено в спину и лежали лицом в низ. Часть тел уже объели хищники. Колотые раны и разрубленные черепа, говорили Артему о том, что убивали лесорубов быстро и без жалости. Только в одном месте вповалку валялось семь трупов, эти мужики попытались защищаться и над ними возвышался привязанный к дереву человек. Его руки были связанны над головой. На лице застыла посмертная маска муки. Видимо перед тем как умереть, его пытали.
