Закон крови полностью

Теперь лицо вождя детей Большерогого разгладилось. Не об обиде, подлинной, мнимой ли, думал он, теребя одну из косичек. О выкупе.

– У детей Мамонта хорошие дротики! – прозвучал ответ.

(«Да. Хорошие. И ты их получишь, что делать. Ты и твои люди уже присмотрелись к нам, поняли: здесь нет слабаков! И вам лучше оставить нас в покое на новой тропе… Но мы будем настороже: кто знает, нет ли среди вас жаждущих крови?»)

Арго кивком подозвал Йома:

– Принеси три дротика. Лучших. И запасной колчан.

Нук остался доволен подношением. Прицокивая языком, разглаживал куний и песцовый мех, оторачивающий берестяной короб, обтянутый кожей, любовался узором из костяных нашивок. Затем бережно, один за другим осмотрел бивневые дротики… Даже покраснел от удовольствия!

– Дети Большерогого от имени их старшего брата, ушедшего к предкам, благодарят детей Мамонта за щедрый дар. Наш старший брат идет по ледяной тропе без обиды. Он желает молодой нарожать своему мужу побольше крепких сыновей. Пусть новая тропа детей Мамонта будет легкой и завершится добром!

Вождь детей Большерогого не без усилий поднялся на ноги, два охотника почтительно поддержали его под руки. Копья были уже на плечах – знак мира. На прощание Арго и Нук обменялись дружескими жестами: правая рука на левое плечо.

Когда хозяева здешних земель скрылись, Арго облегченно перевел дыхание. Все хорошо, что хорошо кончается, но… Нужно уходить! Не мешкая и как можно быстрее. Отдохнули, теперь нужно торопиться. Подальше от мест, где вестники так быстро разносят молву об изгнанном Роде!

Еще три дня миновало. Погода испортилась: голубое Небо, солнце, совсем недавно весело игравшее в желто-красной листве, – все это скрылось в сплошной серости, в нудной, бесконечной осенней мороси. Вроде бы и дождь не так уж силен, да другим берет – непрерывностью. Скользят ноги по мокрой траве, утопают в лужах, вязнут в глине… Идти все труднее, все короче переходы, длиннее привалы. Но идти нужно. Сколько идти, неведомо никому. Дальше. На север. Без зримой цели…

Колдун мрачнел с каждым днем. На осторожные вопросы вождя отвечал одно: «Молчат. Или говорят; „Дальше! Скорее!“» Арго знал и о другом. О том, что видела Туйя. Пока нежить себя не проявляла никак, но по крайней мере трое знали: она здесь, рядом! Подстерегает!

Арго приглядывался к людям. («Ах ты!.. Все одно к одному: и спешить нужно, пока на беду не нарвались, и спешить нельзя…») Тяжело! У Наги – новорожденная, но Арго боялся не столько за нее, сколько за ее мужа. («Йом, Йом! С лица уже спал! Все понимаю, да что же делать?! Идти нужно; отдых, если и будет, – там, впереди…»)

Веселее всех – Каймо и Туйя; на каждом ночлеге хоть какой, а шалаш себе построят… Что ж, их дело – молодое. Вот и сейчас: идет Колдун, еле переставляя ноги, Огненный круг налаживать; кто – шкурами укрылся, даже от волокуши не отошел; кто – копья, да палки, да шкуры – вот и весь заслон на ночь. Только Йом для Наги старается, да Каймо и Туйя… И весело им, молодым!

Арго крикнул сыну:

– Эй, Дрого! Что-то совсем мы с тобой обленились! Под шкурами да на дождике… Давай-ка для матери хотя бы крышу соорудим!

Дрого кивнул – и дело пошло! Моросит дождь, противно, скучно, – а все не так, все легче!.. Когда кровля была готова, Арго предложил:

– Может, и ты с нами? Совсем, поди, намок… Но молодой охотник только хмыкнул:

– Не беда! Вторую шкуру возьму – и ладно! В случае чего, не просплю!

– Не призывай лиха! – серьезно предостерег отец.

Лихо первым почуял Вуул. Сквозь монотонную капель, сквозь безопасные шорохи промозглой ночи… Не спутать, подкрадываются! Сделал вид, что дремлет; склонился к напарнику по страже (а Морт, кажись, и впрямь задремал!):

– Сухой хворост – в огонь! По моему сигналу!.. Да тихо ты!

Нервы напряжены до предела. Глаза пока бесполезны, только слух… Ага! И Морт вздрогнул, услышал…

Их стражу, почуявшую врага, врасплох уже не застать. Но важно – подать сигнал. Так, чтобы сбить нападающих, а самим… Сейчас!

– И-о-го-го-го-го! Й-я-а-а-а! (Опасность! Враг – рядом!)

Взметнувшееся пламя разорвало дождь и ночь. Сыновья Мамонта, мгновенно вырвавшиеся из сна, из-под шкур, с оружием наизготовку, метнулись навстречу темным фигурам, с боевым кличем вылетающим из мрака.

В отблесках пламени – не лица, бело-красные рожи… Словно это и не люди вовсе – злейшие из злых духов, внезапно обретшие плоть и кровь…

Первый – на копье! Попал, нет ли, – а он под ногами! Второй! Отбито – и древком!.. Умеет! Еще удар! Еще!..