– Еще одно слово, и я выбью тебе зубы! – По тому, как сжались лежащие на столе кулаки Денисова, можно было не сомневаться, что он действительно готов выполнить обещанное.
– Ладно, ладно! – сделал примирительный жест рукой Ринге и, выдержав паузу, произнес: – Не бесись. Я понимаю, Макс, как это ужасно – потерять одновременно мать и отца, но я лишь хочу, чтобы ты меня правильно понял… Мне не трудно разыскать Игоря Родникова, но, может, тебе стоит обратиться и в какое-нибудь детективное агентство? У них есть связи, большинство из работающих там мужиков – бывшие менты, следаки с многолетним опытом или фээсбэшники.
– Ты прав, – ответил Максим. – Но дело в том, что ни сотрудники Кирилленко, ни эти твои «следаки» не помогут мне отомстить за смерть родителей! Может, у тебя есть знакомый киллер, который смог бы назвать мне фамилию выродка, почти в упор расстрелявшего их из автомата, а потом привез бы меня к нему, дал в руки такой же автомат, ткнул пальцем в его поганую рожу и сказал: «Вот он, стреляй»?! А я хочу именно этого! Собственными руками разорвать этого гада на куски!!! Понимаешь меня?! Ты меня понимаешь? – почти кричал Денисов.
– Хорошо, Максим, я найду Игоря Родникова, – стал успокаивать его Артем. – Я объясню ему, что тебе очень-очень нужно найти того человека… хочешь, я попробую ему позвонить прямо сейчас?..
Вытерев руки и рот бумажной салфеткой, Ринге взял лежащий рядом с ним мобильник и под внимательным взглядом Максима быстро пробежался указательным пальцем по светящимся кнопкам…
В течение двадцати минут Артем вызванивал своих знакомых журналистов, пока в конце концов один из них не сообщил ему нужный номер. Игорь Родников оказался дома и сам подошел к телефону.
После того как Артем сказал журналисту пару слов, он передал трубку Денисову.
Сначала Игорь отпирался, но потом предложенные ему за услуги посредника пять тысяч долларов оказали свое действие, и журналист выложил Максиму все, что ему было известно про Ворона – именно так назвался во время своего единственного интервью нанятый банкирами «Северного торгового банка» сыщик. По словам Родникова, он сам не имел прямых связей с этим человеком, но знал парня, который, по всей видимости, имел на Ворона прямой выход, и пообещал передать ему просьбу представителя финансовой компании «Эверест». Название фирмы было на слуху у каждого жителя города, и, конечно, Ворон не мог его не слышать.
Из беседы с журналистом Денисов выяснил, что Игорь Родников Ворона в лицо так и не видел. Устроенная банкиром встреча происходила в Павловске, в лимузине «Линкольн», имевшем перегородку между местом водителя и салоном для пассажиров. Во время интервью сыщик был немногословен, и в основном историю происшедшего излагал сам банкир – Игорь сидел спереди и, согласно предварительно выдвинутым условиям, не имел права оборачиваться назад. Хотя, вздумай он это сделать, наверняка увидел бы на лице Ворона лишь черную спецназовскую маску. Такие люди всегда перестраховываются. По мнению Родникова, устраивая ему встречу со спасителем дочери и представляя редакции такой эксклюзивный и сенсационный материал, банкир преследовал свои личные цели, желая столь оригинальным образом предупредить возможных врагов о том, что банк находится под защитой человека, которому по зубам разобраться с любыми проблемами, не обращая при этом особого внимания на закон. Так или иначе, но с тех пор «Северный торговый банк» заметно упрочил свои позиции в финансовом мире, а вклады граждан Санкт-Петербурга на его счета серьезно возросли.
И это была вся информация, которой располагал Игорь. Напоследок он напомнил, что после выхода статьи сразу десятка два человек обратились к нему с просьбой устроить встречу с Вороном, и он аккуратно передал их слова «по цепочке». Но, насколько знал Родников, ни одна из этих встреч так и не состоялась. Сыщик словно растворился. И на предложение не отреагировал. Однако за последний год в Санкт-Петербурге и области почти вдвое возросло число погибших при невыясненных обстоятельствах криминальных авторитетов – об этом факте свидетельствовала бесстрастная статистика совершенных преступлений. Причем большинство смертей имело вид банального самоубийства, что вызывало у следователей понятное недоумение. Но, ввиду отсутствия улик, дающих повод сомневаться в имевшем место суициде, дела так и зависали на нулевой отметке. Хотя в нескольких из подобных случаев в карманах потерпевших находили клочок бумаги с надписью «Ворон».
– Может, это всего лишь совпадение, – задумчиво произнес журналист, – а может, и нет…
– И все-таки попробуйте передать мою просьбу о встрече, – завершая телефонный разговор, сказал Максим. – А что, если мне повезет больше, чем остальным?..
