Геля не любила ее, Иванна была скандальной, но при этом депрессивной личностью. Она уже хотела ответить грубо, но, повернувшись к тетке, замерла. В последнее время неряшливая и какая-то неухоженная, она вдруг стала красивой. Да, конечно, по меркам Гели, старой, но все же красивой женщиной. Такой, какой Геля, даже если сделает свой ненавистный нос, никогда не станет.
Ее даже заколотило от злости, почему одним с рождения дается всё, а другие, даже если и хотят что-то исправить, не могут.
– А что с тобой случилось? – буркнула Геля. – Тебя переехал фургон с косметикой?
– Не хами, – удивительно покладисто сказала Иванна. – Мы с тобой союзники, а не враги.
– И что ты, союзница, можешь мне предложить? Глаза накрасить и волосы уложить? Мне это не поможет.
– Богатство, – проигнорировав нападки, сказала Иванна. – А ты знаешь, что ничто так не красит женщину, как богатство.
Геля молчала, не понимая, куда клонит тетка.
– Я уже кое-что сделала, и у меня есть дальнейший план, а главное, у меня есть знание, – заявила Иванна торжественно.
– Я тоже не сижу сложа руки, – ответила Геля осторожно, еще до конца не решив, доверяет ли она Иванне или нет.
– Ты должна мне помочь, – сказала Иванна, не обращая внимания на Гелины слова. – У нас есть шанс разбогатеть, наказать твоего отца за наши унижения и эту выскочку Алиску отправить обратно в Иркутск.
– Тупо хочешь украсть деньги у отца? – спросила Геля. – Не, такие шикарные планы не по мне, тут в одиночестве справляйся.
– Дурочка, – хмыкнула Иванна. – Я знаю одну тайну, но у меня пока нет подтверждения. А еще я знаю, как сделать так, чтоб на нас даже не подумали, – и она захохотала.
В дверь постучались.
– Кто? – крикнула Геля, еще немного шокированная поведением тетки.
– Иванна, хорошо, что и ты здесь, – сказала Римма, заглянув в комнату. Она, как всегда, была во всем черном. Водолазка и брюки как вторая кожа обтягивали ее фигуру, показывая стройность и подтянутость. – Пойдемте обедать, у меня сюрприз.
– Алиска умерла? – спросила зло Геля.
– Ты что такое говоришь? – нарочито испуганно сказала Римма, оглядываясь. – Я вообще-то про пирог.
– Не строй из себя святую, там нет отца, – оборвала ее жестко Ангелина и выразительно посмотрела на Иванну. Ее новая сообщница незаметно подмигнула в ответ.
– Мне кажется или нам здесь не рады? – риторически вопросил Юлий. – Не знаю, как вы, но я привык к более теплому приему, прям кошки на душе скребут. Надо срочно обняться с кем-то, чтоб не чувствовать себя отвергнутым.
Он повернулся к Эрику с распахнутыми руками, но, наткнувшись на его колкий взгляд, передумал паясничать.
Зоя Саввична хотела что-то сказать, но молодой человек ее перебил:
– Естественно, я помню про вашего зятя, предполагаю, вы хотели мне о нем сказать. Да что вы знаете, Юлик, про плохую встречу, – последние слова он произнес, копируя ее манеру говорить.
– Именно, – усмехнулась Зоя Саввична. – Но сейчас я все же хотела сказать по делу. Итак, Эрик, я выяснила все, что вы меня просили. Первое, наш с вами заказчик, да простит он меня, средненький бизнесмен местного пошиба, но, что удивительно, постоянно выплывает, а в последнее время ровно держится на плаву. Вот отец у него был, поговаривают, крепким торгашом: сеть продуктовых магазинов по городу, автосервисов и заправок с магазинами запчастей. Словом, ему полгорода принадлежало. Вообще отец был здесь, в Зиме, легендарной личностью, более одиозной и знаменитой, чем его дети. Сын же и дочь семейной хваткой похвастаться не могут. Дочь Иванна была просто красивая, а сын Андрей не хотел работать на родителя, в нем играл юношеский максимализм, желал достичь всего сам и возможно доказать отцу.
– Похвальное стремление, – прокомментировал Эрик.
