Все, ждать нет смысла. Вахаба пошел к четверым просто потому, что их было меньше. Через пару шагов в спину ударил камень. Вахаба глубоко вдохнул и кинулся бежать. Второй камень пролетел выше, в опасной близости от головы, и ударил в грудь стоящего впереди. Тот пошатнулся и выругался.
Вахаба уже подбежал к другому и на бегу полоснул мечом, схватил пораженного и повернул, заслоняясь его телом, увидел пропитое грубое лицо, вытаращенные глаза и ударил в шею ближайшего.
Пятеро с другой стороны больше не бросались камнями, а подбегали. Человек с пробитой шеей осел наземь. Двое оставшихся быстро среагировали, обошли Вахабу с разных сторон и одновременно ударили палками. Какая самоуверенность! Один удар Вахаба сумел отбить, от другого постарался уклониться, но сумел лишь отвести голову от удара, пришедшегося в плечо, к счастью в левое.
Вахаба удержал меч в руке, наискось полоснул одного и сразу другого, подумал о том, что сможет убить всех. Но в этот момент набежали пятеро. Подбежавший первым ударил в голову. Вахаба сумел уклониться, но не до конца.
Палка не разбила череп, но скользнула по лицу, сшибла с ног. Здоровяк хряснул ногой по руке, держащей меч, ломая кисть, а другой ударил в тело, и Вахаба услышал знакомый хруст ломающихся ребер.
Очередной удар.
Великан встал над Вахабой, занес палку, которую держал обеими руками. Все, сейчас ударит по голове, и череп треснет как ореховая скорлупка. Вахаба вытянул левую руку, чтобы заслониться, здоровяк зло рассмеялся, и вдруг Вахаба услышал свист, словно бы выпускали воздух из надутого пузыря.
Затем свистнуло еще раз, и еще. Великан зашатался, выпустил палку, упал на Вахабу, придавил. Пробившая его тело стрела ранила Вахабу в живот.
Сагу показалось, что свистнуло еще несколько раз, но толком он расслышать не мог, великан страшно давил, плющил ломаные ребра, не давал вдохнуть.
Перед тем как потерять сознание, Вахаба увидел над собой посмертную маску, услышал, как трепещет на грязном ветре, залетевшем в улочку, черно-алый плащ.
– Ты никому не расскажешь о нас, – сказал ветер.
– Где Мики? – открыв глаза, спросил Вахаба.
Хотя он не был уверен в том, что спросил это вслух. Хотел – да. Но получилось ли? Очень уж трудно выговаривались слова. Возвращалось сознание, а вместе с ним ужасная боль в голове.
– Госпожа бодрствовала целую ночь, а сейчас пошла отдохнуть, – пояснила Сан Ван Дет.
А, все-таки сумел вслух. Это хорошо. Старуха встала и по очереди коснулась всех перевязок, начиная с головы, успокоилась и уселась на место.
– Я временами просыпался и не видел ее рядом, а видел тебя, – сказал Вахаба.
– Лучше бы вам не двигаться. Я очень старалась, но у меня нет опыта. Мои перевязки – не самые лучшие.
– Да, конечно, – согласился Вахаба.
Все тело полыхало болью.
– Наверное, медик не нужен, – произнес Вахаба. – Мики вызвала бы его, если бы было иначе.
Головная боль усиливалась. Вахаба с трудом подбирал слова.
– Почему я вообще здесь?
– Кто-то вас принес и оставил под воротами. Пес прямо-таки ошалел, гавкал без перерыва, разбудил всех. Сим вышел посмотреть, в чем дело.
– Он нашел меня?
– Да, – подтвердила Сан Ван Дет. – Я вам влила в рот очень сильное сонное зелье, так что у вас еще, наверное, шумит в голове от зелья и всего, что с вами произошло. Я пойду расскажу госпоже о том, что вы очнулись.
Вахаба вспомнил о великане, пробитом стрелой, о людях из Нижних кварталов, знающих имя княжеского сага, пусть бывшего, и о Неотмщенных, от которых этот саг уносил ноги.
Какой жуткий сон. И как больно просыпаться.
Вскоре пришла Мики, села на кровать, коснулась лица, и, как всегда, запах ладоней жены принес Вахабе покой.
– Лежи спокойно, – посоветовала она. – Тебя же Сан перевязала.
Какие же у нее нежные, осторожные руки.
– Как это случилось?
– На меня напали, – ответил Вахаба. – В Нижних кварталах. Но кто-то спас меня.
– Кто?
– Не знаю, я уже не видел.
Вахабе не захотелось нарушать приказ Неотмщенного: «Ты никому не расскажешь о нас».
– Ты не вызвала медика, – сказал он.
– Я знаю, что ты плохо себя чувствуешь, но это все не слишком опасно. Тебе ничто не угрожает.
– А откуда ты знаешь? Ты что, училась на медика?
Мики промолчала.
– А ведь тебя не было рядом, когда я лежал здесь без сознания.
– Тебе так сказала Сан Ван Дет?
– Она как раз сказала, что ты была, – сообщил Вахаба.
– Кончай уже с глупостями! Ваха, ты мне лучше скажи, что ты делал ночью в Нижних кварталах.
Что делал? Он и сам уже едва не забыл.
– Я, знаешь, пытался заработать.
– Как? Ты нападал на людей? Как еще можно заработать в Нижних?
Какое странное ощущение – слышать голос Мики среди шума, наполнившего череп, голос, лишенный всякого интереса и сочувствия.
– Мне трудно дышать, – сказал Вахаба.
– Я же говорила, что тебе ничего не угрожает. Поломаны ребра, но Сан считает, что внутренности целы. Что ты там делал?
– Торговал.
– Торговал? – удивилась Мики.
– Да.
– И ты хочешь, чтобы я поверила тебе? Ты же саг, из-за своих высоколобых представлений о порядочности пошел против князя. И ты мне говоришь, что торговал в Нижних кварталах.
Вахаба внезапно вспомнил.
