Он беспомощно развел руками.
– Я все время забываю, как зовут того другого. Имена у карликов – не выговоришь.
– Тогда пусть все будут готовы за полчаса, – отвернувшись, чтобы Лангсс не видел ее лица, произнесла Виана. – А второго карлика зовут Амфилибиаст.
Казначей с помощью пары стражников отсчитал ровно пять тысяч серебряных монет.
– Если бы вы захотели золото, считать пришлось бы меньше, – указал он.
Кестель глядел на серебро. Оно такое красивое. В нем будто первозданная магия. А золото – так, побрякушки.
Казначей подал ему тяжелый раскрытый кошель. У Кестеля были на него планы. Жаль, что доведется так быстро расстаться с кошелем.
– Пересчитаете?
– Я вам верю, – ответил Кестель.
– Замечательно! Пересчет тянулся бы очень долго. А я ведь не ошибаюсь.
– Знаю. Потому я и сказал, что не буду пересчитывать.
Он вытащил несколько монет, одну за другой уронил назад, в кошель. Те, крутясь, падали к своим товаркам.
– Я мог бы дать вам охрану, – предложил казначей. – Мои стражники охотно нанимаются охранять. Опасно ходить с таким мехом серебра.
– Даже и в Арголане?
– А что, здесь люди не такие, как везде?
Кестель указал пальцем на меч в кожаных ножнах, висящий за плечами.
Стражник махнул рукой.
– Очень он вам поможет, когда несколько парней припрут вас в тесном коридоре. Тут есть те, кто постоянно высматривает таких, как вы, выходящих из сокровищницы. Увяжутся следом и… знаете сами.
– Ловчие ловчих, значит. Воры, да?
– Воры и убийцы! – горячо подтвердил стражник. – Я бы советовал принять мое предложение.
– Не нужно. Мне очень близко. Но за предложение спасибо, – сказал Кестель.
Казначей развел руками. Стражники усиленно делали безразличный вид. Они стояли и равнодушно глядели в никуда. Доверия они не внушали вовсе никакого. Уж не они ли и есть те самые ловчие ловчих?
Идти и вправду было совсем недалеко. Туут обосновался в нескольких комнатах от казначейства, в просторном жилище неподалеку от Арены. Там он неспешно продавал Театру в розницу привезенных узников.
– Входи, – сказал он, когда Кестель появился в дверях. – Видел я Алию в камере и нанес ей куртуазный визит. Поздравляю! Может, пойдешь ко мне на работу?
– Увы, нет.
– Ну я не про постоянную работу. Может, время от времени какое-нибудь дельце, а? Ты ж зарабатываешь такими делами.
– Если буду искать работу, я вспомню о твоем предложении, – пообещал Кестель. – Но сейчас я по другому делу.
– Тогда садись. У меня есть вино, водка и пиво.
– Водка. Я не пил с утра.
Туут налил Кестелю водки, себе зачерпнул пива из большого жбана, стоявшего рядом на буфете, сколоченном из грубо отесанных досок.
– Эх, люблю я Арголан. Что за город! Золото, кровь, мрак и женщины, не прячущие лица за масками. Чего еще хотеть?
Кестель выпил.
– Наверное, ты пришел за своими деньгами, – предположил Туут. – Ты ведь неплохо заработал на Алие.
– Неплохо, – подтвердил Кестель и водрузил на стол кошель с серебром.
Туут заморгал.
– И зачем ты их принес?
– Пять тысяч серебром.
– И?
– У тебя еще три с половиной, – пояснил Кестель.
– Ну да. Хотя я думал, что ты предпочтешь забрать золотом.
– Я вообще не хочу забирать. Больше того, я тебе оставлю эти пять тысяч.
Туут задумчиво отпил из кружки, поставил ее на стол.
– И за что?
– За ту горянку, что я видел у тебя в фургоне. Ты еще говорил, что она из гхнор.
– Ее зовут Йярна. Она еще тут, у меня.
– Я хочу ее выкупить.
Туут махнул рукой.
– За нее едва двести золотом, то есть полтысячи серебра. Забирай свои деньги. Хватит того, что я тебе должен, и еще останется три тысячи. Хотя продавать ее не то чтобы законно. На нее ведь ордер. Да зачем она тебе?
– Речь не о том, чтобы ее попросту забрать. Над ней же будет по-прежнему висеть приговор. Если выпустить, ее схватят другие ловчие или дремучие паскудники из ОвнТховн.
– Скорее всего, так и будет, – согласился Туут. – Хотя, с другой стороны, никто из Арголана гоняться за ней не будет, оно не окупится. Мы-то ее прихватили по случаю. А вот те, с ОвнТховн, очень даже могут. Йярна не то чтобы особенно красивая, но и не замухрышка. А это им важно.
– Тогда пусть господин Туут заберет все мои деньги и воспользуется своими связями в Арголане и ОвнТховн, чтобы очистить Йярну от обвинений.
– Ха! – воскликнул Туут, резко отстранился и ударил кулаком в стол. – Что это еще за выдумки?
– Так ты сможешь?
– Хм… легко оно не будет. Если уже выписали ордер, отменить его трудно. Ну, в теории, конечно. В Арголане хватило бы договориться с тем, по чьему ходатайству выдали ордер, при помощи, конечно, владыки, а он ко мне питает известную симпатию, в особенности когда она сопровождается обильным серебряным блеском. В ОвнТховн оно гораздо трудней.
– Серебра тут изрядно, – осторожно указал Кестель.
– Может, оно их и переубедит. В Спальнях девкой больше, девкой меньше – никакой разницы, – сказал Туут, искоса глянул на Кестеля и добавил: – Я прошу прощения, если у тебя к ней что-то.
– А владыка ОвнТховн тоже питает к тебе известную симпатию?
– Не то чтобы очень, – поморщившись, ответил Туут. – И оно взаимно. Ты его когда-нибудь видел?
– Один раз.
