– Сестра, мы уже говорили об этом. А у тебя, Виана, появится повод бояться, только когда все закончится. А теперь мы опишем, что тебе нужно делать. Как я уже сказала, у нас нет времени.
Вечером ожидалось семь поединков, хотя важнейший, седьмой, оставался под вопросом. Первым на Арене появился долговязый нескладный тип. Кестель помнил его по тренировкам Алии. Тип уже тогда казался перепуганным и неуклюжим, и сейчас остался таким, разве что в руке держал острый меч.
Публика приветствовала типа свистом и хохотом.
– Похоже, сейчас мы увидим убийство, – заметил Кестель шепотом, чтобы не мешать Письмоводительнице.
Но она все равно услышала.
– Какое там убийство? На Арене Арголана нет убийств, но лишь честные поединки. Я же просила вас не болтать.
Она поспешно склонилась над пергаментом – понимала то, что ее слова прозвучали не слишком убедительно. Конвоир объявил, что пастух Компух, которого можно сейчас видеть на Арене, был вызван на бой своим начальником, старшим пастухом Эднедом, и привезен на Арену ловчими. Причина боя конфиденциальная.
– Конфиденциальная, надо же, – буркнула Письмоводительница. – Кому была бы интересна эта возня неумех, если бы не знали повод. Народ сплетничает о том, что Компух ублажал жену Эднеда своим изрядным прибором. Якобы Компух – живое опровержение теории о том, что у длинных маленький, а у коротышек длинный.
На Арене появился Эднед, столько же худой, как и Компух, но на голову ниже и выглядящий вполне спокойным.
Бой продлился недолго и был скучным, потому что противники не умели драться. Компух убегал, вскоре свалился, Эднед, крича, бил его плашмя по спине и заднице. Публика свистела, швыряла на Арену мусор и гнилые фрукты. Компух молил о пощаде, Эднед позволил уговорить себя, перестал бить и даже помог бедняге встать.
Под аккомпанемент свиста и воя пастух с пастушьим начальником ушли с Арены.
– Что-то он быстро простил и даже не слишком отделал, – искоса глядя на Письмоводительницу, заметила Конте.
– Какая ж ты догадливая, – ощерив серые зубы, буркнула старуха.
– Про жену что, липа?
– Милочка, ты же сама видишь, чем мне тут приходится заниматься. Я тащу всю бумажную работу, и мне еще приходится выдумывать истории. Речь шла про овцу, которую разодрал какой-то приблудный дикий пес, а пастух не хотел сознаваться, потому что его вина, недосмотрел. Но сейчас у нас пять тысяч публики. Нужно как-то продать им вступительные бои, а лучше всего продаются истории про любовь и измену.
Конте легонько, лукаво усмехнулась. Похоже, если бы не предстоящий бой ее госпожи, Конте искренне позабавили бы представление и рассказы Письмоводительницы. Но Виана ДаХан все не появлялась, произошедшее с ней оставалось загадкой.
– А народ, случаем, не сплетничает о том, кто на самом деле Хлоя Харсон? – поинтересовался Кестель.
– Мы не в ОвнТховн, – злобно глянув на него, процедила старуха. – У нас принципы.
– Ну, такой бой великолепно бы продавался.
– Алия Лов сама по себе прекрасно продается, – раздраженно буркнула Письмоводительница. – Владыка Арголана понимает то, что такие слухи стали бы смертным приговором для твоей госпожи генерала. Не пытайся свалить на нас ответственность за то, что она не явилась.
Старуха хлопнула по столу ладонью.
– Мы не имеем ничего общего с ее пропажей!
Она помолчала, затем добавила уже спокойнее:
– Она должна биться как никому не известная обиженная женщина-хунг. По городу пошли сплетни именно о том.
Прошло еще три боя. Дрались профессионалы, причем за деньги, пролилось немного крови. Публику, привычную к прогулкам по Залу Оран, не слишком возбудили эти бои. Письмоводительница не без оснований предсказывала то, что до появления Алии Лов на сцене не будет ничего в особенности интересного. Кестель понял, отчего отсутствие Вианы могло бы стать катастрофой для организаторов зрелища.
С началом четвертого поединка зрители слегка оживились. На Арену вышел заморский боец, дравшийся тремя мечами. Публика знала его, любила и встретила с энтузиазмом. Кестель охотно понаблюдал бы за его боем, поскольку хотел узнать то, как же боец пользуется третьим мечом, но решил, что пора наведаться в Зал ожидания.
Стражники узнали Кестеля, даже не пришлось показывать ордер.
Сосредоточенная и молчаливая Алия сидела на лавке у стены. Алия глянула на Кестеля и тут же отвернулась. Рядом с ней лежало белое шелковое платье.
– Где Виана? – угрюмо спросил Кестель.
– Что, она не пришла?
– А, так ты себе уже все распланировала? – глядя на платье, осведомился Кестель. – Ты уже готова выйти в свет?
– Я уже пятый день сижу тут под замком. Оставь меня в покое. Так или иначе, придет Виана или нет, я сегодня выйду отсюда вольной и с оружием в руках. А если ты попробуешь помешать мне, то я и пальцем не пошевелю. За меня встанет весь Арголан…
Алия умолкла и сделала вид, что ей только что пришла в голову неожиданная идея.
– Знаешь, а ведь если Виана не придет, ее примутся искать, ведь из-за нее город понес ущерб. А когда найдут, уж наверняка заставят драться на Арене, чтобы отработать долг. Какая ирония судьбы!
– Алия, шла бы ты…
