Полноватый мужчина за пятьдесят в поношенном костюме резко встает. Длинные, тронутые серебром волосы завязаны в хвост, нижняя часть лица скрыта за белой бородой.
– Да, мэм!
– Мистер Уинтер, – протягиваю руку. – Я мисс Бентли, ваш барристер.
Он энергично пожимает мою ладонь
– Можем где-нибудь обсудить дело? Мне надо
Мы заходим в небольшую переговорную, и мистер Уинтер выкладывает из своей мешковатой сумки на стол кучу (устаревших) юридических пособий.
– Итак, я хочу, чтобы вы задали судье семнадцать вопросов по поводу моего дела, ясно? Теперь давайте пройдемся по каждому из них…
– Мистер Уинтер, ничего не выйдет. На апелляционном слушании у меня не будет возможности задавать судье вопросы.
– Но факты не сходятся.
– Как раз это мы и собираемся прояснить, мистер Уинтер. Я проверю достоверность улик обвинения с помощью перекрестного допроса их свидетелей.
– И о чем же вы будете их спрашивать?
– Я ознакомилась с материалами дела и подготовила несколько вопросов.
– Что ж, я хочу, чтобы судья снял все обвинения.
– Мистер Уинтер, заверяю вас, мы приложим все усилия для того, чтобы судья удовлетворил вашу апелляцию. Я прочитала письменное изложение дела и готова хорошенько потрудиться. Если вы хотите, я ознакомлюсь с вашими семнадцатью вопросами и приму их к сведению.
Мистер Уинтер кивает и достает из сумки старый потертый блокнот. Облизнув большой палец, листает в поисках нужной страницы и наконец находит ее.
– Прекрасно. О, вообще-то здесь двадцать три вопроса…
Полчаса в переговорной с Уинтером – и мне хочется забиться в тихий уголок с бутылкой вина, а не выступать на апелляционном слушании перед де Сузой. Мистер Уинтер словно торнадо: начинается все довольно безобидно, а потом превращается в ужасный вихрь и засасывает тебя так глубоко, что уже не выбраться.
Думаю, я неплохо справилась. Кивала в нужных местах, делала пометки. Дала ему выплеснуть гнев.
Ситуация ухудшается, когда мы заходим в зал суда, потому что мистер Уинтер отказывается сидеть на скамье подсудимых «как преступник». Слушание еще не началось, а я уже теряю терпение.
В 10.37 де Суза наконец занимает свое место. Он явно вне себя от ярости из-за нашей задержки. С самого первого дня Скайлар твердил мне: «НИКОГДА не заставляй судью ждать», так что теперь мне немножко боязно.
– Мисс Бентли! – громогласно обращается ко мне де Суза.
Я вскакиваю.
– Да, ваша честь.
– Пожалуйста, передайте своему клиенту, чтобы больше не задерживался – в следующий раз я не отнесусь к этому благосклонно. Никто не смеет опаздывать на мои слушания: ни советник, ни работники суда, ни тем более защитники ИЛИ апеллянты.
Не лучшее начало.
Мой оппонент – стажер по имени Джейми Дэвидсон из другой конторы. Он тоже не в восторге от дела, которое ему подсунули, но хотя бы не выслушивает жалобы Уинтера. Дэвидсон представляет дело суду, а мистер Уинтер сзади цыкает и издает всяческие неодобрительные звуки. Де Суза кидает на него взгляд, и усилием воли пытаюсь заставить своего клиента замолчать. Утро будет долгим.
Корона вызывает первого свидетеля – члена парламента в избирательном округе мистера Уинтера. Да, мне предстоит перекрестный допрос, в котором я должна буду сказать члену парламента, что он либо ошибается, либо врет насчет случившегося в его кабинете, так как я защищаю своего клиента. Ничего хорошего меня не ждет.
Джереми Флэк выглядит как настоящий политик, самонадеянный и обаятельный. К свидетельской трибуне он подходит едва ли не с удовольствием, потому что знает – судья на его стороне. Он приносит клятву и уверенно встает лицом к Дэвидсону, который берет у него показания.
Флэк отвечает смело, и я с ужасом жду момента, когда настанет моя очередь задавать ему вопросы. Он явно говорит правду, а Уинтер врет. Скайлар упоминал, что без таких ситуаций не обойтись. Узнав, что ты адвокат по уголовным делам, люди чаще всего спрашивают: «Как вы можете защищать человека, если знаете, что он виновен?» Ответ прост: пока мистер Уинтер сам не скажет мне, что вина лежит на нем, я обязана приложить все усилия, чтобы представлять его интересы. Хотя да, мысли об этом постоянно мучают.
– Мистер Флэк, вы добропорядочный представитель своей общины, верно?
– Да, я член парламента.
– Пс-с-с! – Мистер Уинтер, округлив глаза, выглядывает в окошко со скамьи подсудимых, отчаянно пытаясь привлечь мое внимание.
Я показываю ему знак, чтобы замолчал, и продолжаю перекрестный допрос, хотя уже потеряла нить рассуждения. О господи.
– Мистер Флэк, э-э, вы впервые встретились с мистером Уинтером в одной из больниц в ноябре, все так?
– Пс-с-с!
На этот раз оборачиваются уже все, желая узнать, чего хочет Уинтер. Не прошло и тридцати секунд с начала допроса, как он уже дважды перебил меня. Де Суза бросает на меня нетерпеливый взгляд и спрашивает, нужно ли мне время переговорить с клиентом. Я с благодарностью киваю и, подбежав к скамье, прижимаю ухо к отверстию в стекле.
