Пришлось рассказывать, превозмогая Глашино желание немедленно отправиться в полицию, чтобы лично отпинать Сергея. И я порадовалась, что мы сменили тему. Только мысли острой занозой то и дело буравили мой мозг. Я была раздавлена этим сообщением. Они же любят друг друга! Но сложившиеся обстоятельства и упрямство Глаши сделали своё дело. А Клим?! Что значит отступил?! Уехал в другой город! Я понимаю, ситуация со смертью бабушки и деда и обвинениями Беловых была непростой. И мне, живущей в другом времени, всё виделось иначе. Но ведь должен быть выход?! Почему на пути этой пары постоянно возникают препятствия? Им ведь не по шестнадцать, жизнь идёт. И как не тянуло вервольфов друг к другу, время в песочных часах неумолимо утекало.
Повернулась, чтобы отправиться к себе. Но вслед донеслось:
– А знаешь, что страшно и обидно. Я ведь и сама могла родить от него. Это были бы только наши дети. Чего уж теперь. Надо снова жить дальше.
Я вздрогнула от боли и понимания – она ведь не плачет слезами. Сердце кровит. Клим был честен, но разве от этого легче Глафире. Какое мне дело до какой-то там непонятной женщины с сыном или кучей ребятни? У меня своя семья, в которой неприятностей и бед порой лопатой не отгребёшь.
– Глаш, всё наладится. Он же сказал, что та баба (я нарочно была груба) не нужна.
– Не хочу о нём думать, – нахмурилась тётя. – Буду ждать внуков. Твоих детей, в смысле. И надеяться, что останешься здесь.
Я возненавидела ту незнакомую женщину. Глаша оптимист до мозга костей. Но дети…
– Так! Ещё ничего не известно. Мы же Райс! – Я привела последний, и на мой взгляд, убойный аргумент.
– Что у тебя с Даниилом? – волчица тряхнула головой, словно скидывая дурные мысли и меняя тему. – Похоже, попалась птичка?
– Муха, – исправила я. – Попалась. Он поговорил с Викторией.
– Снежа, будь осторожна. Девушка попытается с тобой встретиться. И не забывай, Виктория с детства оборачивалась, она должна хорошо владеть звериной сущностью. А ты нет. Щенок щенком. Дружить с Викторией вряд ли будешь, а желание мстить врагу у волка в крови.
Спорить не видела смысла. А встреча с левреткой… Да ну её. Дан мой, и всё тут!
Ужин подошёл к концу. После услышанного не хватало воздуха, свободы. Окна раскрыты и всё же я задыхалась. Тёте кто-то позвонил, и она пошла к себе. Клим? Кажется, нет. Глаша общалась спокойно и даже пыталась смеяться.
– Не всё потеряно? Хорошо. Сколько с меня? Ладно, делай. А там посмотрим. Если найдёшь хорошего клиента – продам.
Тётя остановилась. Я напряглась.
– Ты сейчас о чём? Что у нас сломалось?
– Ерунда, – отмахнулась Глафира. – Я сегодня протаранила столб внизу улицы. Представляешь?
Похоже, она сама не верила в это. Настолько натурально выглядело недоумение на красивом лице.
– Как? – Снова новость, повергающая в шок.
– Тормоза отказали. Представляешь? Хорошо хоть горка небольшая и навстречу никто не попался.
– И ты так спокойно мне об этом рассказываешь?
– Поверь, целостность фар и бампера это не то, о чём я мечтаю. Не переживай, машина в ремонте. Тормоза давно барахлят, но мне всё было некогда. Сейчас исправят.
Подумать только! Клим где-то рыщет в поисках сына, а Глаша могла погибнуть! С этой секунды я смотрела на Белова с меньшим сочувствием. Детей он может плодить сколько хочет и с кем хочет, а родная Глафира у меня одна.
– Да, Ви, привет! – По тому, как тётя назвала имя, я поняла, что общается она с подругой Виолой. И что ей нужно? Моя подозрительность подняла голову. – Посидеть? Почему бы и нет. Настроение подходящее. Может, ко мне? В Седьмое небо? Хорошо, забуримся туда, раз душа требует полёта.
Я отказалась от щедрого предложения посетить ресторан на крыше девятиэтажного дома. Затем отправилась к себе. День принёс море впечатлений и не все они были плохими. И пока я принимала душ, сушила волосы, в памяти всплывали то одни, то другие моменты.
Наши отношения с оборотнем развивались стремительно. И если сначала я могла им противиться, то теперь даже не хотела. То, как смотрел этот мужчина, ловил мой взгляд, оставаясь при этом самим собой, а не подкаблучником, подкупало. Ноги подгибались, сердце наполнялось нежностью, а щёки алели, стоило вспомнить что именно он вытворял. А про постель, в которой спала другая, я всё-таки сказала. И, словно подслушав мои мысли, пришло сообщение: «Чем занята? Я освободился. Может, вместе выберем новый диван?» «Кровать, – чуть подумав, отозвалась я. – Большую» На что немедленно прилетел смешной смайлик и ответ: « Мне нравится ход твоих мыслей! Скоро буду!»
Когда за мной заехал Даниил, Глафира садилась в такси.
– Может, подвезти? – предложил он. Правильно, с такой родственницей надо дружить. И тогда отдача будет полной и душевной.
– Я сама, – отказалась Глаша и уехала.
Мы тут же отправились в мебельный салон. Большая кровать из чёрного дерева словно нарочно ждала своих покупателей. Дан мой выбор одобрил, и уже на завтра нам должны доставить заказ. Я не стала говорить, что подушки и одеяло тоже подлежит замене. Куплю всё сама и поставлю оборотня перед фактом.
