Я поперхнулся оставшимся мне в наследство палиаровым квасом.
— Да ты на первом же слое охранки погоришь!
Парень был непреклонен.
— Но ведь обходят их обычные люди. Грабители. Значит и я смогу.
— Вот ведь балда. Грабители используют "фонарики". Амулеты, чувствующие и обезвреживающие распространенные охранки.
Поделившись с чародеем своими невеликими знаниями о тонкостях воровского дела, я загнал его в глубокую задумчивость, а заодно задумался и сам. Два дня подслушивания разговоров привели меня к одному неутешительному выводу: быть визуалом, конечно, хорошо, но никакая зрячесть не спасет меня от незнания общих принципов построения магических конструкций. Для того, чтобы самостоятельно расплести здешние охранки, нужно быть просто любимчиком звезд. И вот мне представляется случай воспользоваться чужими умениями. Понять бы только, кто такой этот рвущийся на подвиги герой — подарок судьбы или комета, готовая смешать все ее знаки и планы! И готов ли я доверить его пьяным рукам смертельно опасную работу с охранными контурами. "В конце концов, — подумалось мне, — вся затея со свитком — один сплошной безумный риск, от начала до конца!"
— Я, конечно, мало чего понимаю, но эманации-то слышу, — сказал я Палиару. — И могу тебя на них навести. Пойдем вместе, побуду твоим "фонариком".
К вечеру на Фонтанную площадь вновь подтянулся народ, распуганный появлением Ал-Малира. В открытую, правда, на особняк уже не глазели, но все удобные места в окрестных кустах и на деревьях были расписаны задолго до нашего с Палиаром появления.
Основным развлечением было наблюдать, как сбивается с ног охрана, временно усиленная двумя боевыми магами, отлавливая пресловутые "автономные конструкции". Студенты постарались на славу, напустив их туда больше, чем водится крыс на помойке. К основной компании присоединились вредители-одиночки, и теперь вместо низкого гула охранок от особняка неслось многоголосое жужжание, словно от осиного гнезда. Представляю, какой музычкой "наслаждаются" сейчас слухачи! Как на состязании уличных певцов, поспоривших, кто из них громче — причем, с доброй сотней участников.
Впрочем, одну команду охотников за ирисом и двух одиночек, попытавшихся под шумок просочиться в особняк, боевые маги повязали, несмотря ни на что, и с позором выдворили вон.
— Тебе не кажется, что мы ввязываемся в недостойную авантюру? — кисло спросил Палиар, из которого решительность выветривалась одновременно с хмелем. Допустить того я не мог никак.
— Но-но! Какая авантюра? Не покажешь себя — и вся Академия до скончания дней будет думать, что ты лишь на то и годен, чтобы сидеть в пыльной библиотеке и придумывать новые контуры, отгоняющие блох от любимой шавки ректорской супруги.
Эта невеселая перспектива заставила чародея задуматься. Я огляделся по сторонам в поисках кого-нибудь из ребят. Следовало вернуть Палиару боевой настрой — и заодно дать остальным отмашку о начале.
Мышонок, мелкий юркий парнишка лет двенадцати и его закадычный приятель Горбушка обнаружились прямо у меня над головой, на ветке дерева.
— Эй, мальцы! — поманил я ребят. — Сгоняйте-ка нам с приятелем за пивом.
— Мы б запросто, дяденька, — довольно оскалился мелкий пакостник, глядя мне прямо в глаза. — Да вот место наше займут. На чародеев поглядеть больно охота.
А о том, кому обязан, что эту белоснежную лыбу не проредили через зуб, уже забыл, так? Эх, чувствую, встанет мне боком отсутствие в банде еще не раз. Как бы не пришлось потом доказывать собственное право называться главарем.
— Сейчас поглядите, — обещал я спокойно. — Вас так снять, или вместе с суком?
Судя по поспешности, с которой мелюзга очутилась внизу, им не приглянулся ни один из предложенных вариантов. То-то же! Добыв из-за пазухи кошелек, я выудил из него мелкую бронзовую монету и кинул ребятам.
— Сдача — ваша.
Вообще-то на выданные деньги можно было упиться до беспамятства, и со стороны поступок выглядел невиданным барством. В самый раз для сына богатого помещика. Интересная штука, транжирить деньги Кирии на себя гордость не позволяла, я потратил не больше, чем требовалось для поддержания роли, но вот ребятам подарил с легкостью. Дал бы и больше, если б не опасался привлечь внимание.
Мелюзга рванула за пивом — только пятки голые засверкали.
— Но ведь алкоголь… — жалобно начал чародей.
— Помогает принятию смелых и правильных решений, — оборвал я.
Палиар несчастно притих. Его жизненный опыт в этой области был слишком мал для нахождения веских доказательств против — а о том, что можно послать кого-то к ящеролюдам, незамысловато и без всяких доводов, парнишка попросту не подозревал. К моменту, когда Мышонок с Горбушкой вернулись с пивом, душевный разлад у бедолаги дошел до той степени, что в кружку он вцепился так, будто она гарантировала ему откровение звезд, и принялся хлебать крупными частыми глотками — только и ходил кадык на тонкой шее.
— Что-нибудь еще, господа чародеи? — спросил Мышонок. Крайне почтительно, но в глазах так и плясало веселье.
Я тайком пригрозил насмешнику кулаком, сдул с кружки пену, неспешно прихлебнул и сказал:
