Он, судя по всему, что-то репетировал, поэтому не сразу понял, чего от него хочет Элина. А когда понял, расхохотался:
– Мой отец? С кем-то договориться? Ты серьезно?
– Но он же большая шишка! Что ему стоит попросить об услуге…
– Эл, – сказал Анатоль, вытирая слезы, – давай я тебе на примере объясню. После восьмого класса парней отправляют на сборы скаутов…
– Да, – кивнула Элина, – наши тоже ездили. Ругались жутко: комары, ночные подъемы, марш-броски…
– Вот, – поднял палец Анатоль. – Поэтому все наши, кто мог, косили со страшной силой. Кто справки брал, кто на медкомиссию приходил, графита наевшись. И вот я узнаю, что начальник сборов – бывший папин подчиненный. И, наивный такой, прошу: «Может, ты с ним поговоришь?»
Анатоль тяжело вздохнул и посмотрел на Чёрта, который увивался у его ног.
– И что? – не выдержала Элина.
– И то. Все четыре недели я был или дежурным, или дневальным, или отправлялся в индивидуальную разведку. Так что папу я могу, конечно, попросить, но…
Элина вдруг расплакалась и села на пол прямо в коридоре.
– Ну вот, – сказала она, – у меня был такой шанс! Когда я фан Гильберта еще смогу увидеть? А он старенький, вдруг умрет?
Чёрт бросил тереться о носки Анатоля и полез на руки к Элине.
– Ну сейчас хорошая медицина, – постарался утешить Анатоль. – Вон средний возраст кабинета министров семьдесят восемь лет…
По всхлипам и рыданиям он понял, что утешение не удалось. Тогда Анатоль сел рядом и сказал:
– Ты все равно своего добьешься! С Гильбертом или без Гильберта!
Элина принялась плакать ему в плечо. Чёрт развалился так, чтобы лежать сразу на обоих. Анатоль мучительно раздумывал, будет ли уместно в такой ситуации обнять девушку за плечи, как вдруг Элина резко выпрямилась, щелкнула по запястью и сказала в пространство:
– Да?.. Так… Так… И ты?..
Вдруг она подскочила и завопила:
– А-а-а! Ты лучший! Я тебя… Я тебя… Я все твои ролики монтировать буду! Месяц!
И прикрикнула на изумленного Анатоля:
– В машину! Бегом!
Анатоль был уверен, что ничего не выйдет. Доехать от дома до Академии наук за десять минут… Нет, теоретически можно, проспект Согласия прямой и широкий, но не в половине шестого вечера.
Но им фантастически повезло: левая полоса оказалась пустой, светофоры переключались на зеленый, как только Анатоль к ним подъезжал, так что даже притормаживать не приходилось.
А Элина сидела рядом и нервно болтала:
– Это Конт звонил, наш лаборант! Зонтега срочно вызвали в ректорат, он попросил Конта отвезти фан Гильберта в аэропорт! А Конт же слышал, как я просила свести меня с фан Гильбертом… Ну или просто догадался. Ну он позвонил и говорит: «Хочешь отвезти своего доктора?!» А я такая: «Конечно!» Я ему теперь по гроб жизни должна… Вот он!
Но Анатоль и сам увидел, где нужно припарковаться. Вокруг фан Гильберта стояла небольшая толпа профессоров, которые жадно внимали каждому слову. А в отдалении – большая группа студентов, которые непрерывно снимали происходящее.
Элина выскочила из машины, когда та еще толком не остановилась, и бросилась к фан Гильберту:
– Доктор фан Гильберт! Добрый вечер! Мне поручено отвезти вас в аэропорт. Прошу сюда. Вы же предпочитаете заднее сиденье? Отлично! Я сяду рядом.
Голос самого доктора Анатоль услышал, только когда отъезжал:
– Молодой человек, мы успеваем?
– Да, – ответил Анатоль, – навигатор говорит, что до терминала семнадцать минут. Посадку закрывают через тридцать две. Должны успеть.
Услышав про семнадцать минут, Элина вздрогнула и взяла быка за рога:
– Доктор, вам не кажется, что разгадка магических способностей кроется в мозгу?
Анатоль услышал протяжный вздох с заднего сиденья.
– Вы, барышня, – сказал фан Гильберт, – на каком курсе?
– Разве это важно?
– Ну то есть на первом. А вот когда и если будете специализироваться на нейробиологии, то на третьем курсе вам прочитают вводные лекции…
– Да я знаю про ваши эксперименты с лабиринтами! – Похоже, Элина совсем перестала заботиться о приличиях. – И как их сто раз повторяли и уточняли! Во всех учебниках пишут: «Как показали классические эксперименты фан Гильберта, мозг магика не имеет структурных отличий от обычного мозга»!
– Тогда к чему ваши странные вопросы? – усмехнулся доктор.
– Да к тому, что последние десять лет никто уже и не пытается перепройти ваши лабиринты! А за эти десять лет много чего появилось! Зональное шунтирование! Транскраниальные импланты! Тридэ-скрининг на лету!
Анатоль отключился от беседы. Во-первых, он ничего не понимал. Во-вторых, навигатор в его голове бесстрастно сообщил: «Изменение маршрута. Впереди авария. На ближайшем перекрестке поверните налево».
Очевидно, остальные водители услышали тот же голос в голове, потому что все полосы разом принялись перестраиваться влево. Самые нетерпеливые тут же тюкнулись и замигали аварийками. Пока Анатоль их объезжал, нужный поворот оказался сзади. Он еще несколько раз пытался свернуть с проспекта, но тот словно забрал должок за дорогу к Академии наук. Туда они мчали по пустому городу, сейчас застряли намертво.
