— Разве? — насмешливо переспросил Стаc. — Вероника, кажется, жива. А ваш босс — тю-тю!
— Не понимаю, что произошло! — всплеснул руками Дьяков. — Шевченко ведь охотился за тобой, ты сама говорила!
— Охотился, — кивнула Вероника.
— Может быть, он промахнулся? — сам себя спросил Дима. — Все-таки он вор, а не киллер. Стаc рассмеялся.
— Промахнулся? Промазал метров на пять?
— Но почему же он не выстрелил в тебя? — Дима рассерженно поглядел на Веронику.
— Думаю, из чистого суеверия, — усмехнулась та. — Чтобы снова не получить по башке. Прецеденты уже были.
— Наверное, Шевченко догадался, что его обувают, — предположил Стаc.
— Не знаю, не знаю… Даже она, — Дима подбородком указал на Веронику, — не догадалась.
— А конкурс красоты? — неожиданно вспомнила Вероника. — Он тоже входил в ваш план?
— Не в наш, а в план босса, — терпеливо поправил Дима. — Конечно, входил. Нужно было найти девицу достаточно красивую, чтобы Шевченко поверил в любовь с первого взгляда. Ваш с боссом роман, детка, должен был стать скоротечным. Мысль спасти маму, изобразив бурную влюбленность, пришла Каретникову в голову лишь за месяц до выхода Шевченко из тюрьмы.
— Значит, у вас в запасе был месяц, — пробормотал Стаc. — Вы нашли красивую девушку…
— Она должна была быть не только красивой, но и достаточно наивной.
— Чтобы, не подавившись, скушать ваше свадебное блюдо, — добавил Стаc.
— Именно! Девушки перед конкурсом красоты заполняют анкеты. Каретников придумал кучу вопросов, чтобы найти себе подходящую невесту.
Вероника неожиданно закинула голову и от души рассмеялась.
— Анкету вместо меня заполняла Тина! Дима дернул уголком рта и нервно затянулся.
— Ну да?
— Честное пионерское. Это она срочно хотела мужа и бриллиантовое ожерелье! Стаc зло сказал:
— Думаю, когда Шевченко увидел, с какой рожей твой босс идет к Веронике, он тут же смекнул, что никакой любовью здесь и не пахнет. И прямо на ходу изменил сценарий.
— С какой такой рожей? — обиделся Дима.
— С фальшивой, вот с какой, — отрезал Стаc. — От него за версту несло художественной самодеятельностью.
— Если бы она вела себя, как обычная девица, и не изображала из себя крутую, Шевченко ее шлепнул бы с первого захода, и дело с концом.
Вероника икнула.
— Это не я сказал. Так Каретников говорил, — тотчас же добавил Дима. — Я просто ужаснулся, когда узнал, что тот задумал. И после вчерашнего разговора по телефону помчался в аэропорт. Хотел отговорить, образумить…
— Конечно-конечно, — улыбнулся Стаc и обратился к Веронике:
— У тебя еще есть к дяде вопросы?
— Есть один. Где вы откопали Рыськина?
— О, этот человек — знатный неудачник. Последняя его работа закончилась гибелью клиента, и Рыськин пал на самое дно. Спивался, бедолага.
— Значит, Матвей специально выбрал самого плохого? — уличила Вероника.
— Понимаешь, что получилось. После покушения на тебя он, как пламенно влюбленный, не мог остаться равнодушным. Даже когда были неприятности у помощника нашего бухгалтера, он оплачивал тому телохранителя. А уж защищать любимую невесту сам бог велел.
— Но телохранитель, — тут же подхватила Вероника, — защищал бы меня и от Шевченко. А это не входило в ваши планы!
— В планы Матвея, не объединяй меня с ним, — попросил Дьяков. — С другой стороны, если бы тебя прикончил какой-то другой убийца, под удар снова попала бы матушка босса. Так что Рыськин был наилучшим выходом из положения. Он еще не окончательно деградировал и вполне мог защитить тебя от какого-то там дилетанта в черной маске и со шнуром в руках. С другой стороны, он был не настолько хорош, чтобы помешать исполнить задуманное пылающему местью человеку, который только что вышел из тюрьмы. То бишь Шевченко.
— Вы с боссом ошиблись — Рыськин оказался на высоте!
— Не мы с боссом, а один босс, — снова подчеркнул свою непричастность к произошедшему Дьяков.
— Что будем с ним делать? — спросил Стаc, глядя на Веронику.
— Да ничего. Пусть заберет реквизит и проваливает, — ответила та и, достав из сумочки коробку, перевязанную лентой, водрузила Диме на колени. — Это драгоценности.
— А теперь проваливай, — велел Стаc. — Приятно будет никогда больше тебя не видеть.
— Взаимно, — пробормотал Дьяков. Поспешно затушил сигарету и, прижав коробку к себе, быстро поднялся. — Пока, везунчики!
Когда дверь за ним закрылась, Стаc виновато сказал:
— Мы ничего не смогли бы доказать. Мне большого труда стоило не броситься на него и не придушить своими руками.
— Бр-р! — потрясла головой Вероника. — Просто поверить не могу, что это все не сон. Выходит, один убийца из трех вышел из игры.
— Думаю, да, — кивнул Стаc. — Господин Шевченко отомстил господину Каретникову. Вряд ли тебе угрожает какая-то опасность с его стороны.
— Но остаются еще женщина в зеленом на «Москвиче» и тип в черной маске, который набросился на меня в подъезде. Это ведь живые люди! И у них есть причина, вынуждающая охотиться за мной! Хотя, кроме Казарюка, я той ночью в доме отдыха никого и ничего не видела. Впрочем, насчет типа в маске у меня есть особое соображение — Поделишься?
