Собрание созывалось нарочно приготовленными для того двумя серебряными трубами*(611). "Когда одною трубою затрубят, соберутся к тебе князья и тысяченачальники*(612) Израилевы"*(613), т.е. члены первой палаты, первых двух главных отделений собрания - главы колен и поколений; а когда затрубят обеими, то должны были собираться все члены собрания, "все общество"*(614). Такой способ созывания народных представителей в собрание возможен был, конечно, только в то время, когда народ составлял из себя еще один стан, скученный в одном месте; когда же он расселился по городам Палестины, так что двумя трубами невозможно стало давать знать по различным городам, то народное собрание созывалось посредством особых вестников*(615). Собрания обыкновенно происходили на каком-нибудь особенно священном для всего народа месте. Таким местом сначала обыкновенно служила скиния, место перед входом в нее*(616), отчего и сама скиния часто называется "скинией собрания"*(617), а впоследствии в различных городах, и преимущественно в городе Массифе*(618). Всенародное собрание созывалось по разным важным событиям: для торжественного всенародного богослужения*(619), для всеобщей молитвы об отвращении грозящих бедствий*(620), для принятия новых законов*(621), для производства суда и исполнения приговора в важных случаях преступления*(622), для установления политических отношений к соседним народам, объявления войны, заключения мира и договоров*(623), и вообще в его ведение входили все важнейшие дела внутренней и внешней жизни народа.
Рассмотренная организация собрания представляла все условия для свободного политического развития народа: во всенародном собрании, имевшем высшую государственную и юридическую власть, народ выступал сам и, не стесняемый никакою внешнею формою, сам заботился о своих интересах и о своем управлении. Здесь в полном смысле было самоуправление народное. "Народ израильский, - говорит по этому поводу Эвальд*(624), - издавна представлял собою стройно организованную общину, самостоятельно ведавшую и решавшую свои внутренние и внешние дела; и это общинное устройство было проведено с такою последовательностью, что даже самые меньшие части в народе, каждое колено, каждый род в священной стране, а по расселении - каждый округ и каждый город организовался соответствующим образом и самостоятельно управлял своими делами. Для народа ничто не могло стать обязательным законом, что бы прежде не было обсуждено и принято в собрании. Ни одно более или менее важное постановление или законодательное учреждение не могло быть предписано для всего народа без согласия представителей народа - "старейшин"; даже признанный и любимый пророк не мог ввести в народную жизнь никакого значительного изменения без обсуждения и согласия собрания. Эта истина подтверждается ближайшим изучением того, что мы знаем об израильском народе от его древнейшей истории и до времен царей; без нее даже нельзя вполне понять истории этого народа. Если даже Моисеево законодательство, а вместе с ним и основа всей лучшей народной жизни того давнего времени, по древнейшему воззрению, есть дело свободного принятия со стороны общества и вышло из договора между ним и Иеговою, то уже из этого важнейшего примера можно видеть, как глубоко пустило корни в народе представление о свободном обсуждении и принятии всех законов в обществе"*(625).
