При рассмотрении брачных отношений прежде всего останавливает на себе внимание тот возраст, который считается совершеннолетием для брака. У библейских евреев брак заключался обыкновенно в очень раннем возрасте. Ранний брак вообще в обычае на Востоке, где половая зрелость наступает скорее, чем в Европе. В нынешнем Египте брак обыкновенно заключается раньше 16 лет, чаще всего, когда невесте 12-13 лет, а иногда даже и 10 лет*(159). Талмудисты запрещали брак раньше 13 лет для мужчины и 12 лет и 1 дня для женщины*(160).
Заключение брака состояло в сговоре родителей молодых людей, причем от жениха получался так называемый утренний дар - mohar*(161). Мнения исследователей разделяются относительно значения утреннего дара. Одни видят в нем просто сумму, за которую жених покупает невесту, другие, напротив, видят в нем в собственном смысле подарок от жениха невесте. Вопрос этот, в сущности, имеет более археологический, чем юридический интерес, но ввиду того, что то или другое решение его может бросить совершенно особый свет на общий характер брачных отношений в еврейском народе, мы несколько остановимся на рассмотрении спорного пункта. Михаэлис на основании своего мнения об утреннем даре как о покупной сумме, которую жених дает отцу за дочь-невесту, делает общее заключение, что "жены у евреев обыкновенно покупались"*(162). В подтверждение своего мнения он указывает на примеры других народов и на некоторые библейские факты, дающие повод к предположению обычая покупки жен. Так, он ссылается на историю 14-летней работы Иакова за двух своих жен*(163), на историю сватовства Сихема*(164), на брак пророка Осии и др. В них он видит прочную основу для своего категорически высказанного мнения. Но, как замечает сторонник противоположного мнения Зальшюц*(165), "все эти основы не трудно опровергнуть". Прежде всего, что касается примера других народов, имевших обычай покупать жен, то из этого никак нельзя заключать, что и у евреев непременно было так же. Более веса имеет ссылка на Лавана. Лаван действительно как бы продает своих дочерей, заставляя Иакова работать за них. Но и этот факт, в сущности, не может служить подтверждением мнения Михаэлиса, так как ничто не показывает, что Лаван действовал по обычному праву; напротив - все свидетельствует, что он руководился при этом чувством своекорыстия, на что, между прочим, указывает жалоба его дочерей: "Не за чужих ли он нас почитает, - говорили Рахиль и Лия, - ибо он продал нас и съел даже серебро наше"*(166). Из этих слов видно, что Лаван, продавая своих дочерей, поступил с ними как бы с чужими, след., совершил необычное дело. История сватовства Сихема также не подтверждает мнения Михаэлиса, так как Сихем говорит не о покупной цене, а об обычных дарах невесте и родственникам ее. Притом дело Сихема исключительное, так как он богатыми подарками хотел, между прочим, загладить бесчестие, нанесенное им Дине*(167).
Наконец, не выдерживает критики и указание на пророка Осию, который купил себе жену "за пятнадцать серебренников и за хомер ячменя и полхомера ячменя"*(168). Этот факт, по-видимому, должен бы служить наияснейшим подтверждением мнения о покупке жен, тем более что даже обозначена цена. Но, замечает Зальшюц*(169), во-первых, здесь речь идет о блуднице, прелюбодействовавшей от мужа; во-вторых, сумма отдается ей самой и тем самым перестает быть покупной суммой в собственном смысле. В противоположность рассмотренным фактам есть примеры, которые исключают всякую мысль о покупке жен, и, следовательно, как замечает тот же исследователь, показывают, что для действительности брака передача денег или иной ценности была не необходима, что особенно и важно в юридическом отношении. Таковы браки Ревекки, Аксы - дочери Халева*(170), Мелхолы - дочери Саула*(171). Поэтому "утренний дар" (mohar), по мнению Зальшюца, был не что иное, как жениховский подарок невесте, назначался для того, чтобы дать возможность невесте явиться в дом мужа в хорошей брачной одежде. Такое назначение имели подарки Елеазара, раба Авраама, состоявшие преимущественно в платьях и украшениях*(172). На такой характер mohara указывает, между прочим, то обстоятельство, что он главным образом предназначался и отдавался самой невесте, подарки же для родственников имели второстепенное значение.
