Законодательство Моисея полностью

Рассмотренный закон о правовом положении рабыни, по-видимому, находится в противоречии с другим законом, именно во Второз. XV, 12-17 ст. По этому закону рабыня пользуется одинаковыми правами с рабом - правом выхода в седьмой и юбилейный год, а по рассмотренному нами закону она не имеет этого права; здесь прямо говорится: "она не может выйти, как выходят рабы", между тем и в том и в другом законе разумеются рабыни-израильтянки. Михаэлис*(512) пытался разрешить это противоречие указанием на разновременность издания рассматриваемых законов, причем закон Второзакония был, по его мнению, шагом вперед в отношении гуманности, сравнительно с законом Исхода. Но такое объяснение не имеет для себя прочных оснований. "Совершенно напротив, - справедливо замечает по поводу такого объяснения Зальшюц*(513), - закон Второзакония был бы шагом назад в отношении гуманности, если бы законодатель ту, о которой господин по прежнему закону (Исхода) должен был заботиться как о своей дочери и которая имела право на исполнение всех брачных обязанностей по отношению к ней, в позднейшем законе (Второзакония) поставил в положение простой обыкновенной рабыни, которая, отслужив срок, должна была уходить из дома". Кажущееся противоречие естественнее всего объясняется разностью цели, для которой покупались рабыни. В законе Исхода разумеются особенные случаи, в которых отец продавал свою дочь (в раннем возрасте)*(514) ввиду того, что господин обручит ее или за себя, или за своего сына, так что она сделается настоящим членом семейства, особенно в качестве жены сына. В таком случае выходить ей из дома, "как выходят рабы", нет никаких оснований. Напротив, во Второзаконии говорится о продаже израильтянки для обыкновенной работы, наравне с рабами; следовательно, и выходить из дома она должна была так же, "как выходят рабы". Мильцинер*(515), кроме того, предполагает, что в последнем случае разумеются "пожилые" евреянки, которые уже не могли рассчитывать на обручение с господином или его сыном, а нанимались на работу из нужды, для пропитания себя.

Государство в смысле известной формы общежития, насколько показывают история и опыт, так же древне, как само человечество: основные элементы его замечаются у всех народов и племен. Даже у диких народов можно замечать уже существенные черты государственной жизни - в подчинении общему вождю, в определенных общих нравах и обычаях, которыми регулируются отношения в семействе и во внешней жизни. Поэтому идея государства лежит как бы в самом существе человека и оправдывает известное выражение Аристотеля, что человек по природе - государственное существо ( )*(516). Несмотря, однако же, на некоторую прирожденность человеку идеи государственности, ближайшие причины и цель основания государства до сих пор составляют нерешенный вопрос для философии и науки. Основу государства ищут то в добровольном сложении людьми части своих личных прав в пользу общей государственной власти, то во взаимных нуждах людей и вытекающих из них взаимных отношениях, то в существующей от природы власти одного человека над другим, опирающейся или на естественное родство, или на физическое или умственное превосходство. Раз основанное, государство в своем существовании поддерживается, по воззрению, например, философии Руссо, так называемым "общественным договором" между правителями и подчиненными - договором, который имеет некоторую правдоподобность в смысле отвлеченной идеи, но не имеет значения в смысле исторической действительности*(517). Сообразно той или другой теории определяется и весь строй государственной жизни. Но, как видно по самой сущности всех этих теорий, они страдают односторонностью и неполнотою, и, во всяком случае, ни одна из них в отдельности не представляет условий для нормального развития общественной жизни, предполагая в ней резкую раздвоенность - правителей и подчиненных. Совершенно иное начало лежит в основе Моисеева государства*(518). Здесь этим началом служит самое общее, возвышенное начало, какое только возможно для человеческого общества, - именно верховное главенство Иеговы, примиряющее крайности господства и подчинения. Причина такой особенности Моисеева государства заключается в том особенном положении, которое занимало оно во всемирной истории.