Он тянет меня уцепив огромной пятерней за шиворот, а я, болтаясь в воздухе, пытаюсь выпустить оставшийся пар. Когда мы отходим подальше от толпы он отшвыривает меня в сторону, я шлепаюсь о стену.
Сердце стучит, вырываясь из груди. Делаю глубокий вдох и выдох, возвращаю самообладание. За спиной Рейнса стоит Олиф. Кончики пальцев немеют, от щёк наконец отливает волна горячей крови и мне становится стыдно за себя. Вижу, как двое парней поднимают Наиру с матов, помогают ей обмыть лицо и прийти в чувства. Неужели это я с ней сделала такое? Неужели я действительно способна на такую жестокость?
– Вот! ― указывая пальцем на Наиру, рявкает на меня Рейнс. ― Вот твой выбор! Ты сделала его только что.
– Что? ― оторопевши переспрашиваю я.
– И не нужно мне рассказывать, что ты стала заложницей ситуации. Это твой выбор, Ливи! Признайся! Никто не просил тебя вступать в бой. Никто не просил тебя бить девушку до потери сознания. Ты была решительна и хладнокровна, защищая своё имя. Как и полагается быть амазонке. Потому что ты – амазонка! Иногда слабая, а иногда трусливая, но от этого не перестаешь ею быть. Так что достаточно изображать из себя жертву и винить остальных в том, что ты не хочешь признать кто ты есть.
Он толкает меня в плечо, но слова ранят куда больше рук. Я иду к умывальнику, а Рейнс возвращается к тренировке.
Неужели он прав? Я так долго бежала от этого. Мне казалось, что я живу чужой жизнью, но почему-то сейчас, смывая с рук кровь, у меня не сводит живот от мысли о том, какую боль я причинила Наире, наоборот… Внутри меня расцвел бутон жажды крови любого, кто собирается сломать меня и моих сестер. Я всё ещё не понимаю кто я и где моё место, но знаю точно одно – я никому не позволю подчинить себе амазонок. Я не знаю, к чему приведет восстание, что с такой жаждой разжигает Рейнс со своими друзьями, но готова признать, что я в игре. И в этой игре, я по собственной воле.
После тренировок Олиф делает вид, что вовсе не огорчена моим утренним проявлением агрессии. Я привела себя в порядок и присоединилась к ребятам, когда они шли за новостями к Лоренсу. Просторная лаборатория оборудована ничуть не хуже нашего учебного центра на Острове Амазонок. Четверо худощавых парней в очках увлеченно бьют пальцами по клавишам и пялятся в экраны мониторов. Обстановка типично рабочая. Меня удивляет, как у людей может быть такая тонкая кожа, чтобы сквозь нее было видно вены. Может быть у них какая-то патология с неусвоением витамина D? Эти парни больше похожи на пособие по анатомии чем на людей. Никакой мышечной массы, словно они с пеленок росли в креслах на колесиках за экранами мониторов.
Лоренс оживленно рассказывает о последней разработке. Он утверждает, что нашел способ перепрограммировать чип, не извлекая его из тела. С помощью хитрой системы кодировки он сотрет данные с действующего чипа и зальет туда новые путем клонирования. Другими словами, он может заставить мой чип при сканировании показывать, что меня зовут Олиф Ден Рамола и единственное, о чем нам нужно будет беспокоиться, это о том, чтобы сама Олиф Ден Рамола не оказалась на поверхности одновременно со мной, или чтобы меня не узнали в лицо.
– Значит я смогу скоро подняться на поверхность? ― нетерпеливо спрашиваю я.
– Ну не знаю, как насчет скоро… ― неуверенно, почухивая себе затылок мямлит Лоренс, ― мне нужно кое-что еще перепроверить, а после потестить и тогда, думаю…
– Сейчас Лоренс запустит проект в дело и пойдешь сегодня с Олиф в Центр, ― спокойным голосом говорит Рейнс.
У меня на лице расползается улыбка. Не могу поверить своим ушам. Я увижу небо!
– Как, сейчас? ― подпирая пальцем очки заикается Лоренс. ― Нужно всё перепроверить… и …
– Ну вот заодно и проверим, ― сквозь улыбку отвечает ему Рейнс. Он переводит взгляд на меня. Сложно прочитать этот взгляд, но он приковывает меня к стулу и растворяет в дымке всё и всех. К щекам приливает кровь. ― Если эту птичку сегодня не выпустить на волю, она заклюет мне половину лагеря.
Меня усаживают в кресло, по своей форме оно напоминает кушетку. Я послушно лежу, пока Лоренс надо мной колдует. Он приставляет маленький сканер к моему предплечью, присоединяет ко мне кучу проводков. В воздухе всплывает активная панель, что послушно открывает новое и новое меню, стоит парню сделать условный взмах пальцем. Я еще не скоро привыкну ко всем этим интеллектуальным чудесам. В такие минуты я скучаю по Острову. По лесу и саду, а еще… По касанию голых стоп к сырой траве. Я закрываю глаза и прислушиваюсь к стуку сердца. Стоит мне подумать о Рейнсе, биение в груди учащается.
Наверное, я выгляжу очень взволнованной, потому что спустя мгновение, чувствую, как он берет меня за руку, нежно поглаживая большим пальцем ладонь. По коже бегут мурашки. Боюсь открывать глаза, вдруг он испортит волшебство минутной нежности своим строгим взглядом.
