Она смеется, будто от невеликого ума, невзначай касается рукой его плеча и как по волшебству угрюмый патрульный расплывается в блаженной улыбке. Он похож на щенка, что прыгает на задних лапках выпрашивая лакомство из рук хозяйки. Как ей это удается? Может если бы я так умела, заслужила бы хоть раз улыбку Рейнса вместо очередного леща.
– Ты в Центр? ― спрашивает патрульный.
Я поправляю капюшон медленно заслоняя лицо.
– Ну а куда же ещё? Работы невпроворот, но пора повидать детишек.
Он два раза прочищает горло, не знает, как повернуть слащавый разговор в рамки формальностей.
– Ну, это… тут…
– Что-то не так? Надеюсь у нас нет никаких проблем?
Патрульный достает из внутреннего кармана куртки портативный сканер, моё сердце падает в пятки. Сейчас мы узнаем, обвенчались ли успехом разработки Лоренса на четвертый раз.
– Свежее распоряжение. Теперь мы фиксируем всех, кто посещает Центр, ― прочистив очередной раз горло, говорит патрульный. ― И не только… ― добавляет на полтона тише.
Фото Рейнса развешанные по городу, а теперь еще и это… Похоже мы провели слишком много времени под землей.
– Ах, вот как, ― обижено резюмирует Олиф. ― С чего это ко мне и к Центру вдруг такое внимание?
Мужчина мнется, прямолинейность Олиф явно загнала его в тупик. Играя бровями и глазами, он неуклюже оглядывается на борд.
– Сама понимаешь… Всем ведь известно, что вы были друзьями.
Олиф демонстративно выглядывает из-за плеча патрульного, с напускным отвращением оглядывая фото.
– Грехи командира Даниэля Рейнса сказываются на мне? ― она дает время на ответ, но патрульный молча разглядывает ботинки. ― Пустая трата времени и только! ― отрезает Олиф.
Девушка берет меня под руку и решительно тянет к воротам, но патрульный делает шаг вперед, преграждая нам путь.
– Я должен зафиксировать, ― поднимает вверх сканер.
Олиф гордо расправляет спину и подается вперед, демонстративно позволяя направить на себя сканер. Сканер тут же выбрасывает в воздух условный экран на котором виднеются краткие сведения о гражданке Олиф Ден Рамолы и ее фото. Мужчина улыбается и переносит сканер на меня. Моё дыхание замерло, а возможно я вообще разучилась дышать.
Секунды требуемые на поиск информации в системе тянутся вечность. Писк найденной карты регистрации отбивается вибрацией у меня в сердце, сканер отображает данные: Кара Лаура Морк. Я медленно выдыхаю: Лорен знает свое дело. Патрульный сводит брови изучая фото в карте, и резким движением сбрасывает капюшон с моей головы. Пальцы немеют.
– В чем дело, Гром? Ты не узнал мою помощницу Кару? ― невозмутимо приподнимая одну бровь, спрашивает Олиф. ― Три раза в неделю она приходит провести с детьми урок рисования. Большая честь для нас учитывая ее статус и признание в Палате Творчества.
Какое вранье! И всё в том же убедительном тоне. Я выдавливаю из себя надменную улыбочку и возвращаю капюшон на место.
– Ну да… конечно, ― подозрительно прищурив глаза, мямлит Гром. ― Сложно не запомнить такую красавицу.
Мы размерено шагаем вперед, но стоит воротам щелкнуть за спиной, мои пальцы живут своей жизнью. Я пытаюсь сказать хоть слово благодарности Олиф, но танцующий подбородок выдает уровень нервозности. Она ободряюще похлопывает меня по спине и иронизирует:
– Вчера на ринге ты не казалась такой робкой.
И она полностью права.
Мы погружаемся в рутинную работу Центра. Приятно на какое-то время отвлечься от интриг и заняться обычными делами, такими как заправлять чистым бельем кровати и сервировать столовую к ужину. Я с удовольствием согласилась поприсутствовать на уроке чтения. Понимаю почему Клиери с легкостью сменила жестокость на благодетельность и чопорный передник. Видела бы меня сейчас Тессеида… Она могла бы гордиться мной. Чумазые детские мордашки смешно заикаются, вспоминая буквы, улыбаются и смеются, увлеченно слушая историю.
Я читаю вслух, в самый увлекательный момент вижу затаившуюся в дверном проеме Олиф. Откладываю в сторону книгу и следую за ней. Мы поднимаемся в ее личный кабинет. Ободранная комнатушка, в которой места едва хватает, чтобы поставить стол и стул, давит на меня запахом старых книг. Удивительно видеть полки битком набитые бумажными изданиями. Наверное, они пылятся с прошлого века.
– Ты здесь! ― охает от удивления Анна. Я удивлена ее присутствию не меньше.
– Долгая история, ― отмахивается в мою сторону Олиф, словно речь об утерянной безделушке, что внезапно нашлась. ― Рассказывай, какие новости во дворце.
Так вот он – загадочный информатор.
– Дела плохи, моя дорогая. Амазонок перевели в военную часть, они вошли в ряды армии Ксалиоса, а мне туда дорога закрыта.
Мои глаза вспыхивают огнем, по телу растекается тепло: я могу узнать что-то о маме.
– Ты видела кого-нибудь из них? Меня интересует статная воительница с большими глазами. Ее зовут Митера. Это – моя мама! ― перебиваю переговоры расспросами.
