Через несколько дней доставили купленную Саидом одежду, и муж стал с утра до ночи пропадать в магазине. В Александрии в это время значительно прибавилось людей. Саид пояснил, что так происходит каждый год. В конце июня, когда заканчивается учеба и начинаются отпуска, многие приезжают сюда отдыхать — и египтяне, и арабы из соседних стран. На пляже стало слишком людно, и я старалась ходить туда только рано утром — когда же попадала в час пик, уходила в самый дальний конец и развлекалась тем, что наблюдала за египетскими женщинами. Они купались полностью одетыми — я никогда и нигде не видела женщину в купальнике. По-моему, даже христианки не раздевались, разве что не носили платка и могли позволить себе надеть футболку с чуть более короткими рукавами. Кроме того, все женщины очень плохо плавали и откровенно боялись воды. Купание выглядело так: они или сидели у кромки воды, или заходили в море по пояс и тут же с громкими криками выскакивали оттуда на берег, стоило волне накрыть их до плеч. Смотрелось очень смешно, и я с трудом сдерживалась, чтобы не расхохотаться во весь голос. Меня по-прежнему провожали недоуменными взглядами — иногда кто-то подходил и пытайся заговорить, но я тут же отвечала, что не понимаю, и убегала. В Александрии были и более цивилизованные пляжи, но туда надо было ехать. А Саид постоянно торчал в магазине, и мне никак не удавалось вытянуть его, чтобы погулять вместе.
В августе людей как ветром сдуло — начался Рамадан. Я немного знала о мусульманском посте, но совершенно не представляла, насколько меняется жизнь в арабских странах в этот месяц. Магазины и аптеки по-прежнему работали днем — разве что открывались позже; но прохожих на улицах стало значительно меньше, а пляж и вовсе опустел. Саид предупредил, чтобы я ничего не ела на улице — будучи христианкой, я не соблюдала пост, но это не избавляло от необходимости уважать чувства окружающих. Саид завтракал в три часа утра — чаще всего к этому времени он еще и не ложился, мне же приходилось просыпаться и греть ему еду. Затем мы ложились спать и вставали в районе полудня. Муж сразу уезжал в магазин, а я оставалась дома или гуляла по безлюдному городу. К закату Саид возвращался, чтобы пообедать. Готовить приходилось больше обычного, к тому же во время Рамадана было принято ходить в гости, и несколько раз у нас обедала вся семья, а иногда мы ходили на обед к матери или сестрам. Потом муж шел на молитву — на всех улицах было установлено что-то вроде шатров для намаза, та как мечети были переполнены. Вечером Саид снова уезжал в магазин и не возвращался оттуда раньше двух часов ночи. Весь месяц я практически не видела его дома.
Шли дни. Саид по-прежнему сутками пропадал в магазине, приходя домой только на ночь. Его режим работы мне смертельно надоел, и я не чаяла, когда закончится бесконечный Рамадан. Этот месяц я чувствовала себя особенно одинокой и оторванной от окружавших меня египтян, объединенных общей религией. Таня и Света проводили этот месяц у себя на Родине, а с другими девушками я была плохо знакома и стеснялась навязывать им свое общество.
Веселил меня только котенок — он сильно вырос и постоянно лез играться. Для нас обоих это было чуть ли не единственным развлечением. Но если Шикобелло казался вполне довольным своей жизнью, то я с каждым днем все больше мрачнела и раздражалась.
А в самом конце Рамадана по пресловутым двум полоскам на тесте я узнала, что беременна.
Я сделала анализ рано утром и какое-то время бродила по квартире, переваривая известие. Когда проснулся Саид, я тут же усадила его на диван и сообщила о своей беременности. Он обрадовался, но отреагировал сдержанно. Поцеловал меня, поздравил и уехал на работу — я, в общем-то, и не рассчитывала, что муж останется дома и начнет сдувать с меня пылинки, но все-таки этот день мне хотелось провести вместе с ним.
Увидев, что я готова расплакаться, Саид пообещал вернуться пораньше и устроить романтический ужин в ресторане. Неприятным сюрпризом стало то, что он в тот же день сообщил о моей беременности всем родным, и я целый день выслушивала их поздравления, проклиная себя за то, что сразу не попросила мужа держать все в тайне. Своей маме я решила какое-то время ничего не говорить.
Первые месяцы беременности я целыми днями висела на сайтах, посвященных родам и воспитанию детей. Я выбирала имена для мальчиков и девочек, читала советы врачей и опытных мам, рассматривала модели колясок и кроваток. Саид оставался ко всему равнодушным и убеждал меня, что суетиться еще рано. Его рекомендации сводились к тому, что я должна побольше есть и поменьше уставать. Один раз я не выдержала и раздраженно напомнила мужу, что у меня беременность, а не простуда. Впрочем, если верить словам опытных женщин, мало кто из мужчин способен понять наше состояние — разумнее всего смириться и переждать пару лет, пока у молодого папаши проявятся отцовские чувства.
